Ночью началась та же самая песня. Озлобленные до предела, даже несколько на призрака, а сколько на священников, мы сидели в столовой и разрабатывали кровавые планы. Больше решили никому не доверять, тем более что денег почти не осталось.
- Завтра прибудет самолет за саркофагами, - сказал Марк. - Я поеду сопровождающим, чтобы уж точно ничего не стряслось. Институт должен мне выдать средства на продолжение экспедиции и заплатить за проделанную работу, так что с голода не умрем.
- А я возобновлю рисование картин, вдруг начнут продаваться.
- Давай, Ива, - поддержала Божена, - нарисуй штук пять "Леди Лаур", я помогу тебе продать, в крайнем случае, раскидаю по знакомым или по мужьям, они мне точно не откажут.
- Я не могу писать одно и тоже! Это будут разные картины, но ничуть не хуже "Лауры". Кстати, Марк, давай повесим картины на стены.
Подвальные портреты определили в гостиной, девушку с догом в нашу с Марком спальню, "Лауру" Божена вытребовала в свою комнату, а "Мальтийский Замок" вывесили в холле.
Ночью, ни с того ни с сего, разразился ливень. Проделки Текины за его шумом не так были слышны и спали мы спокойно.
Рано утром приехал фургон. Я сквозь сон слышала, как выносили гробы, к которым уже успела привыкнуть. Спать хотелось так сильно, что я даже не вышла попрощаться с тутенхамонами. Марк заскочил в спальню, поцеловал меня, потрепал за ухо храпящего в ногах Фредерика и умчался.
Окончательно я проснулась часов в одиннадцать. Дождь лил, как из ведра, в доме было сыро, промозгло и противно. Я спустилась вниз. Божена готовила завтрак, напевая что-то собственного сочинения.
- Доброе утро, сонное царство! - приветствовала она. - Кушать подано, Ваше величество!
Мы позавтракали, попили кофе, и мне в голову пришла идея.
- Слушай, - сказала я, - где-то здесь, в липах, похоронена леди Лаура, давай найдем её могилу.
- Зачем?
- Не знаю, но очень хочется, вдруг родится сюжет для новой картины.
- Но такой дождь! Ты не можешь рожать сюжеты дома, в тепле и сухости?
- Нет, не могу, в тепле и сухости только конфетные фантики рисовать. Пойдем, не раскиснем.
Уж если мне в голову что-то втемяшилось, то это всерьез и надолго. Мы оделись, взяли зонты, и отправились на разведку. Лип оказалось очень много, я даже и не представляла, что являюсь владелицей такого леса! Мы брели по заросшим дорожкам наугад, но, в отличие от меня, Божена запоминала дорогу, чтобы не заблудиться.
- Боже мой, как здесь красиво! - восторгалась я. - Я таких деревьев с роду не видела! И это все мое! Даже не верится! Я, пожалуй, тоже здесь похоронюсь! Вон под тем деревом, или нет, вот под этим... они все одно другого лучше!
- Подожди выбирать, где тебе похорониться, мы ещё с тобой лет двести поживем, а там видно будет.
Деревья расступились, и перед нами открылась невероятная картина.
- О!.. - Только и смогла произнести я.
Мы стояли на берегу заросшего кувшинками озера. В зеленых зарослях виднелась небольшая белая часовня, окруженная плакучими ивами. Неземной красоты деревья обрамляли воду живой зеленой рамой. Над озером стелился туман, в безветренной тишине моросил легкий, почти невесомый дождик и все вокруг казалось совершенно нереальным, особенно белая часовня на берегу...
- Ивка! - только и могла выдохнуть Божена. - И это тоже все твое?!
- Кажется, да! - Прошептала я, совершенно потеряв голос от восторга.
Теперь Текина точно может ни на что не рассчитывать, из этого дома меня можно будет вынести только в гробу!
- Пойдем, посмотрим часовню?
Я кивнула, и с трудом передвигая одеревеневшими от счастья ногами, поковыляла к часовне. Двери оказались не заперты. Мы приоткрыли их и засунули внутрь свои любопытные головы. В часовне нас поджидал ещё один сюрприз. В центре красовалась большая мраморная гробница, а рядом с нею коленопреклоненный ангел в человеческий рост. Голову ангел склонил над гробницей, а руки молитвенно сложил на груди. У ангела были большие красивые крылья, по плечам сыпались длинные локоны, а несколько прядей развевались так, словно откуда-то дул ветер. Глаза ангела были полуприкрыты, но я могла предположить, что они должны оказаться цвета морской волны, потому что его лицо было копией лиц девушек с портретов.
- Здорово! Как красиво!
- Вот, значит, где похоронена леди Лаура! - благоговейно прошептала я. - Какой ангел! Настоящее произведение искусства!
Теперь уж я точно знала сюжет своей будущей картины. Я принялась её уже мысленно рисовать, но Божена прервала творческий полет:
- Ива, пойдем домой, у тебя все ноги мокрые, не дай бог простудишься.
Но я все никак не могла сдвинуться с места. В конце концов, Божена силком оторвала меня от созерцания ангела и вытолкала из часовни. В туфлях у меня и вправду сильно хлюпало.
