- Это частный детектив! - оправдывалась я. - Его зовут Гарри Либерти!
- Что, как театр, что ли? - Подал свой голос с заднего сиденья Микаэль.
- Откуда ты знаешь, что он действительно частный детектив?! - грохотал Марк. - Гарри! Что ещё за Гарри такой?! Ты его удостоверение видела?!
- Но не буду же я сразу спрашивать у человека документы!
- Тебя любой может обвести вокруг пальца! Вдруг он какой-нибудь бандит или сутенер!
- Марк, ты мне льстишь!
- А мне не до шуток! Он очень подозрительный тип, а ты с ним весь вечер напивалась, да ещё и вытанцовывала!
- А с кем мне было вытанцовывать?! С кем?!
В общем, ругались мы до самого дома, но все же помирились, а когда Марк сказал, что Микаэль, возможно поживет у нас несколько дней, чуть было, не поссорились снова. Однако вскоре мне в голову пришла блестящая идея: поработить Микаэля, заставить его убирать в доме, и это значительно улучшило состояние нервной системы.
* * *
Марк куда-то уехал рано утром, пока я ещё спала, и по дому слонялся только вечно несчастный Микаэль. Я наспех накормила его завтраком и принялась эксплуатировать. Он безропотно отскребал засохшие краски в мастерской, трусил половики и мыл окна.
После обеда приехал гнусный тип из риэлторской конторы, осмотрел дом и оценил его в пятьдесят тысяч. Я дралась, как раненая тигрица, доказывая, что после окончания уборки, он будет выглядеть на все сто двадцать, в конце концов, выбила таки семьдесят, и агент, вытирая пот со лба, убрался восвояси.
К вечеру, когда мы с Микаэлем уже еле ползали от усталости, приехал Марк. Он привез мне большой подхалимский букет, не знаю точно по какому поводу, толи задобрить, чтобы не обижалась за вчерашнюю вечеринку, толи готовил к какой-то сногсшибательной новости, к примеру: Микаэль поживет у нас годок-другой... Марк ужасно удивился, увидев результаты наших с Микаэлем усилий.
- Какой замечательный дом! - восторгался он. - Может не надо продавать? Прямо жалко!
Я рассказала о визите агента и про то, с каким трудом вышибла семьдесят тысяч за это чудное жилище, а Марк сообщил, что был в "Мальтийском Замке" и что с этим доисторическим старичком они уже накропали какое-то соглашение. Радость моя была такой бурной, и мне немедленно надо было что-то делать, для того, что бы хоть как-то приблизить осуществление мечты. Я собиралась писать огромные транспаранты с надписями: "Срочно, сию секунду продается шикарный дом!!!" и устанавливать их по-над дорогами, но мне этого не позволили. Вместо транспарантов, мы отправились убирать вековые залежи с бильярдного стола. Боже мой, сколько всего интересного и жизненно важного я там отыскала!
Когда стемнело, я деликатно поинтересовалась, не собирается ли Микаэль позвонить жене? На что он ответил, что все понимает, знает, что он нам в тягость, и немедленно уйдет, переночует где-нибудь в подворотне, а утром нам позвонит, если, конечно, останется жив... Марк немедленно бросился в бой, Микаэль остался у нас ночевать, а я оказалась злобным монстром. В довершении ко всему, меня всю ночь мучили кошмары. Мне снилось, что мы со всем своим барахлом приехали вселяться в "Мальтийский Замок", а там уже живет Микаэль со своей женой...
ГЛАВА ТРЕТЬЯ: Есть счастье в жизни!
Микаэль торчал у нас ещё четыре дня. Все это время он подвергался беспощадной эксплуатации, но дом преображался на глазах. Войдя в раж, мы уже никак не могли остановиться и принялись вылизывать дом снаружи, всячески улучшая окрестный пейзаж. Поддавшись общей лихорадке, Марк целыми днями носился по вопросам замка. Он хотел лично переговорить с хозяином, но выяснилось, что он за границей, а старикан, являясь каким-то очень дальним родственником, имеет все права на продажу дома.
Четыре раза приезжали смотреть мое жилище, и первым делом я показывала чудный вид за окном, ставший и вовсе неподражаемым. Все смотрели, всем всё нравилось, но никто ничего не покупал. Люди обещали подумать, позвонить, уходили и не звонили. Я впадала в отчаяние, а Марк утешал меня тем, что замок продавали пять лет, а я свою берлогу хочу сбагрить за неделю.
В тот день, когда я решила сказать Марку, что уйду из дома, если мне ещё хотя бы час придется выносить погребально мрачный призрак Микаэля, наконец-то позвонила его жена. Я думала, что это кто-то из покупателей и так бежала к телефону, что споткнулась о кресло и едва не переломала себе все ноги.
- Алло! - тяжело задышала я в трубку, и услышала голос Дины, жены Микаэля.
- Ива, это ты?
- Я... - в моем голосе было столько разочарования, что можно было подумать, будто я совсем не рада тому, что это я.
- Мой рыцарь печального образа у вас?
- У нас, где же ему ещё быть.
- Вот и я так же подумала. Как он там?
- Как обычно, в состоянии глубокой скорби. - Я присела на край стола и начала выводить пальцем различные письмена на полированной крышке: некие магические заклинания, призывающие Дину забрать свое сокровище домой... Но они не подействовали, и прозвучало следующее:
