— Я говорю и про
«Все мои умозаключения верны! Спасибо, Ричард!» В горле у женщины пересохло, щеки и крылья носа заметно дрожали от волнения.
— Что вы так разволновались? — с ехидством спросил англичанин, — и продолжил, делая наклон туловища вперед к Вериному лицу. — Если «галльский петух» позволяет мне покопаться во французских архивах наполеоновского периода, то «русский медведь» вежливо отказывает!
— Это понятно: «британский лев» исторически в определенных недомолвках и с «петухом», и с «медведем».
Вдруг Ричард хлопнул ладонью по столу, будто решаясь на важный, решительный поступок, и сказал шепотом:
— «Лев нашел и скоро возьмет «камушки» из
От этого шепота, напоминающего шипения змеи, у Веры перехватило дыхание:
«Он, наверное, знает больше, чем я…». Она допила бокал до дна и криво улыбнулась:
— Вам, «рыцарь», романы следует писать. В Англии появится новый Вальтер Скотт!
— Вы нравитесь мне своей ироничностью. И выдержкой. И умом.
— А красотой? Мне говорили, что я ликом напоминаю английских королев, — вновь пыталась кокетничать женщина.
Британец пропустил ее слова мимо ушей.
— Мы должны сотрудничать. Я открыл вам слишком много! И у вас, наверное, есть минидиктофон. Я рискую в известной степени. Но я не опасаюсь вас. Я иду на три шага вперед, и у меня есть несколько степеней защиты! — во взгляде наглая усмешка.
«Хорек!», а вслух:
— Например?
— Мой сотрудник сейчас следит за вашим «фельдмаршалом» и… — у него раздался звонок, — Я покину вас на пять минут, — он взял портфель и вышел из кафе.
«Неверное, звонит агенту? И мне нужно! Но как?»
В эту секунду из-за занавески показался Игорь. Она поманила его пальцем. Тот быстро подошел. Вера черкнула записку: «За вашей машиной слежка. Он знает слишком многое! Операцию следует отменить!» И дописала телефон Андрея. Все молча. Игорь кивнул и ушел, тоже молча.
Ричард вернулся и зло спросил:
— Куда едут ваши друзья — офицер и брюнетка? Зачем они пытаются оторваться от преследования?
«Ага, отрываются!» — подумала Вера, не теряя оставшейся капли надежды.
— Почему я должна докладывать о своей личной жизни? Тем более я уже сказала: муж «загулял»!
Женщина встала, весь облик — аристократическое благородство! Она бросила на стол деньги и собралась уйти.
— Прощайте!
Но англичанин остановил ее, крепко взяв за руку.
— Вы что, так наивны, что надеетесь уйти вот так просто, не заплатив?
— Я оставила деньги.
— Чушь! Я ведь профессионал. В туалетном столике в вашем номере гостиницы находятся сейчас наркотики и оружие. Мне позвонить в полицию? — он взял в руки мобильник.
Вера Яновна села обратно в кресло. Люди больше всего боятся неизвестности, даже если это блеф!
— Вот, подпишите, для начала эту бумагу, — Ричард положил перед женщиной листок.
Подпись должна была подтвердить, что В.Я. Богданóвич обязуется сотрудничать с британскими спецслужбами и выполнить следующие поручения:
1. Обеспечить Ричарду Старки доступ в Архив внешней политики Российской Империи и Архив древних актов;
2. Обеспечить Ричарду Старки доступ в хранилища музеев Павловска и Гатчины;
3. Передать Ричарду Старки рукописи профессора Г.Н. Богданóвича, находившиеся в родовой усадьбе профессора под Санкт-Петербургом.
Земля уходила из под ног несчастной женщины. Она надрывно рассмеялась, бросив британцу бумагу назад.
— Да не буду я ничего подписывать! Это бред какой-то.
Нужно потянуть время! Вера чуть успокоилась и сказала:
— Кстати, вы напоминаете мне дядю. Он был великолепным ученым, но безнадежным фантазером и авантюристом. Если вы прочтете его труды, например, о королеве Виктории…
— Я читал все публикации вашего дяди, — прервал ее Ричард, — Он очень глубок в своих исследованиях и, главное, гипотезах! Не отвлекайтесь! Подписывайте!
Гнев, замешанный на животном страхе, заставил Веру выкрикнуть:
— Как вы смеете, мнимый джентльмен и рыцарь, третировать даму?
— Здесь нет джентльменов и дам! Мы на службе. Моя жена, например, занимается сейчас домом и детьми, а не рыскает по Европе в компании сомнительных мужчин! В Англии говорят: мой дом — моя крепость! — гордо сказал Ричард, сложив руки на груди.
«Ох, Господи, помоги мне найти выход! Милый Андрей, почувствуй меня, подскажи! Милый, милый Андрей!» — взмолилась женщина, сжавшись вся в комок.
И вдруг светлое облако появилось в ее подсознании. Из-за облака выпорхнула птичка-невеличка и начала петь! И уже сознанием она смогла прочесть подсказку…
«Да, точно! Зря ты, хвастун, упомянул жену!»
— Да, мы знаем о вашей жене. Волосики такие беленькие, жиденькие. Глазки аквамариновые. Губки тоненькие, тоже бледные. Болеет, наверное, опасно болеет! — взгляд и голос Веры Яновны были стальными. — Сейчас она спит. Но если я подам один-единственный сигнал…
Голос ее стал тих и страшен.
— … в дверь вашей квартиры в Лондоне позвонят! И… начнется ночной кошмар!
Она достала из сумочки пудреницу и приоткрыла ее со значительным видом.
