Внимания было много, причём неоднозначного. Учителя растерялись. Не знали, как реагировать. Я была почти отличницей, спортсменкой, гордостью школы, председателем совета отряда. Придраться вроде не к чему, но как же дерзость? И характер мой их явно раздражал…
Бесконечные замечания учителей, бойкот одноклассниц, драки мальчиков, хотя мое внимание было для них лишь поводом, чтобы выпустить пар и как-то развлечься не по-пионерски, в итоге закалили меня, добавили уйму забавных фразочек в дневник, спортивную злость и непреодолимое желание смело экспериментировать с имиджем.
Мало того что в школу, на тренировку, да и просто в магазин за хлебушком в свои неполные одиннадцать я собиралась минимум минут сорок, при этом, по задумке, образ должен был выглядеть небрежно, будто только проснулась, слегка умылась и пошла. Апофеоз фантазии на тему красоты несказанной случился после просмотра фильма «Раба любви».
Я, вдохновлённая гламурной героиней невероятной Елены Соловей и мамиными шелковыми ночными рубашками из посылки, создала бомбический фэшн стрит-стайл лук для себя и своей подружки. Образ в духе Рабы любви был сформирован полностью из элементов гардероба моей мамы и выглядел так: ночная рубашка с кружевами в пол, босоножки на танкетке со шнуровкой у меня, подружке я дала белые лодочки (все 37-го размера на ногу 33-34), шелковые шарфы, повязанные на манер восточной чалмы, украшенные брошами, кольца на всех пальцах, кроваво-красный лак на детских ноготках рук и ног – педикюром и маникюром эту прелесть назвать язык не поворачивается.Далее – голубые тени, помада цвета фуксии с особым, советским, оттенком. Завершали наши образы зонты от дождя в невнятный цветочек, которые мы несли на манер кружевных солнечных, и плетёные грибные корзинки. В них мы сложили яблоки, бутерброды с колбасой и лимонад «Буратино».
В таком виде мы неспешно прогулялись по Чака, тогда улице Суворова, свернули на Пернавас, дошли до парка Гризинькалнс, искупались в грязном неработающим фонтане, наполненном осенними листьями и дождевой водой, разложили на плешивом весеннем газоне простыню, устроили светский пикник под удивленными взглядами собачников и в эйфории от собственной неотразимости двинулись в сторону дома.
В таком виде нас встретила моя мама, которая, как и положено советской женщине, шла домой с работы с полными сетками. Реакция ее на это душераздирающее зрелище за минуту менялась со скоростью света: от ужаса, удивления и легкой улыбки до гомерического смеха, граничащего с истерикой, сопровождающегося слезами, икотой и разбитой бутылкой молока, так как одна из сеток выпала из маминых рук.
За четвёртый класс многое изменилось в моем сознании. Я сделала кучу совсем недетских выводов. Итак:
– красота в общепринятом понятии не имеет особой ценности, если ты – вид «амеба бесхарактерная»;
– самая сексуальная часть женского тела – это мозг;
– иногда неудачный эксперимент с образом может вывести на новую ступень креатива;
– лишь умение посмеяться над собой сделает женщину не только неотразимой, но и неуязвимой;
– дерзость + чувство юмора + четкая трансляция индивидуальности = неповторимый стиль!
Еда, спорт,
М
арис
1982-й год. Папа получил новую высокую должность в КГБ, а к ней прилагался служебный автомобиль и квартира со всеми удобствами элитной сто девятнадцатой серии в Пурчике. Нас с братом перевели в другую школу. Из маленькой уютной восьмилетки в тихом центре, где все учителя знают не только каждого ученика в лицо, но и всю историю его семьи до седьмого колена, где сплочённый коллектив работает десятки лет, даже целыми династиями. Тут – бац! И мы попадаем в огромную школу-новостройку в спальном районе. Кто учился в таких, прекрасно меня поймет. Кто нет, попробую на пальцах объяснить максимально коротко.
Итак, на каждом потоке примерно шесть-семь классов, из них четыре – русских, два – латышских, один смешанный – спортивный, в котором училась я. Три смены. В каждом классе под сорок человек. Учителя – в основном жены военных, красивых-здоровенных, переезжающие каждые два-три года из одной республики великой и необъятной советской Родины в другую.
Эти дамы не просто не знают фамилий учеников, но даже и не стараются запомнить детей в лицо. Смысл? Ведь она сегодня здесь, а завтра будет в Казахстане, Дагестане, Таджикистане, в каком-нибудь ауле или в Златоглавой Москве, куда коммунистическая партия пошлет ее мужа далеко и надолго, или по-быстрому, тут как уж сложится.
Мне повезло чуть больше, чем брату. Как гимнастка я попала в спортивный класс. Мальчики-хоккеисты, девочки – все коаспвмцы. Элементарно просто: нас всего пятеро на двадцать пять парней, каждая наперечет, потому и красотка! Согласитесь, дефицит рождает спрос! Безусловно, здорово учиться в билингвальном спортивном классе, где все парни – сплошь брутальные красавцы-хоккеисты, а девочки – королевы просто потому, что нас мало и на всех нас не хватает. Тут реверсная ситуация даже круче, чем в песне поётся – «на десять девчонок по статистике девять ребят».
