Возвращаясь к Вариену, я успел наконец-то рассмотреть существ, которые выглядели настолько похожими на нас, однако держались от меня на почтительном расстоянии. Мне было известно, что Вариен нашел Малый род, но я не думал, что они окажутся настолько прекрасными, а присутствие мое вызовет у них такой почтительный трепет, и уж тем более не предполагал увидеть у них...
Самоцветы!
У них есть самоцветы!
«Акхор», — забывшись, обратился я изумленно к своему старинному товарищу.
Я услышал голос его разума, однако то был не ответ. Тихий, чуть слышный припев далекой, угасающей песни...
«Ланен... Ланен... Ланен...»
<p>Идай</p>Вместе с остальными я ждала на островке Роздыха. От Шикрара до сих пор не было вестей, и я заключила, что понадобится еще несколько дней, прежде чем мы будем готовы отправиться в Колмар.
Мы с Крэйтишем долго обсуждали наше положение и оба понимали, что без помощи Шикрара не сумеем нести Никис дальше. Даже если прочие из нас отправятся в Колмар, одному или нескольким все равно придется остаться с нею и ждать, когда она очнется от вех-сна. Я обнаружила, что злюсь на нее, хотя это и было глупо. Пытаясь перевести мысля на что-нибудь другое, я вспомнила о Токлурике: как он там? Вообще-то я уже начала о нем беспокоиться. Почему он так долго не дает о себе вестей?
«А может, он давно уже в Колмаре и посмеивается над нами?» — подумалось мне.
Я воззвала к нему:
«Токлурик! Токлурик, ответь, прошу тебя. Это я, Идай, я хочу поговорить с тобою».
Я услышала слабый, неразборчивый ответ. Это обеспокоило меня еще больше, чем молчание.
«Ток, это Идай. Где ты? Тебе требуется помощь?» — спросила я, и сердце мое сжалось, едва лишь вопрос этот возник в моем разуме: разве мы могли ему сейчас чем-то помочь, где бы он ни находился?
"Идай, Идай, хвала Ветрам, — отозвался он несколько громче. — Хорошо, что я услышал твой голос, Идай; я уже на пороге гибели".
«Токлурик, что случилось? Где ты? Ты ранен?» — вопросила я и, встав, принялась разминать крылья. Я была старейшей после Шикрара и наверняка сумела бы отправиться на помощь Току, если это необходимо.
"Идай, я слышу тебя, — ответил Токлурик слабо. — Мне уже не поможешь. Но голос твой радует меня. Будь добра, госпожа, не оставляй меня сейчас".
"Я здесь. Ток, — сказала я, и неимоверная горесть сейчас же охватила меня. Но ради Токлурика я постаралась, чтобы она не проникла в мою мысленную речь. — Столько, сколько ты хочешь. Где же ты?"
"Я дома, в Юдоли Изгнания. — Мысли его на миг запнулись, потом он продолжал: — Сейчас мы ни за что не решились бы здесь поселиться, Идай. Каждый дюйм земли тут черен от крови недр, превратившейся в камень. А воздух... Воздух отравлен. Испарения, что действовали на нас и прежде, теперь сделались стократ обильнее, и я не в силах укрыться от ядоносных струй. А земля беспрестанно сотрясается, все сильнее и сильнее".
«Что произошло?» — спросила я тихо.
