Кормили меня на обед, просто, на убой и куда только влезало в меня, даже Бобик прибегал посмотреть на аттракцион "сколько в меня ещё может влезть". У всех наших и у тех, которые теперь тоже наши, настроение приподнятое. Ввиду моего выздоровления на завтра намечен разъезд. Гвардейцы продолжат путь к герцогу ну а мы по ранее намеченному плану. Сегодня прошёл караван в нужную нам сторону. На совете решили завтра просто их догнать, а не сидеть на полянке возле рек и ждать, что боги пошлют, один раз дождались, хватит. Герцогу и герцогине сочинили письма. Герцогу граф передаст лично в руки, а его жене я положу в шкатулку вместо Дакка. Вот хохма будет, когда она ларец откроет!
На случай если я сразу не приду в себя как в прочем это не раз бывало, то все вопросы обговорили сегодня. Гвардейцы забирают все вещи погибших товарищей, а деньгами и лошадьми делятся с нами ровно пополам. Палатку мы у них забираем, как и магические штучки убитых. Дейв на счёт магических кулонов защиты пытался спорить, мотивируя своё несогласие секретностью защиты гвардии императора, но я был не преклонен, парирован его доводы тем, что мы и так половину добычи отдали им и тем более такие редкие артефакты как перстни мечников, хотя стоило бы их и попридержать тем более мне перстенька так и не досталось. На этом все разногласия были сняты мгновенно.
Эти два дня я до самой ночи, сперва лёжа на одеяле, перерисовывал неизвестные плетения из книг магии Дэйва и Смита, на этом настоял Хэрн. А гвардейцы, оказавшиеся невероятно сильными мечниками экстерном учили Мартина хитрым приёмам императорской гвардейской академии. Брат, считавший себя непревзойденным мечником, мастером школы Заката, утирал слёзы стыда, не в одном учебном бою он не то, что ранить, он прикоснуться к гвардейцам не мог такой уровень у них владения клинком. Но особенно поразил своим мастерством Смит. На него можно было смотреть и любоваться, как он играет мечами бесконечно. Я так и сказал что он гений клинка, на что Смит радостно заулыбался, а Мартин сник. Вот тогда я и попросил усиленно позаниматься с ним наших новых товарищей. А потом, забрав у гвардейцев весь их не, большой запас чистой бумаги в записную книгу стилом заносил все движения Смита с мечами и быстро под рисунками строчил его пояснения к каждому приему и движению. Работали все на износ. Мартин предложил задержаться ещё хотя бы на день на, что я безапелляционно ответил отказом, напомнив, что в империи идёт война и от результатов посольства гвардейцев многое зависит.
Порадовал нас с Мартином Хэрн. Он единственный смог противостоять гвардейцам, когда вышел на поединок против них с шестом.
Каково было удивление Дэйва, когда через несколько мгновений после начала боя он оказался лежачим на земле причёт конец шеста Хэрна был упёрт ему в горло.
Со Смитом же они разошлись в ничью. Никто не смог победить. Смит после поединка отвесил изящный поклон Хэрну и официальным тоном попросил его, если он будет в сто лице посетить его дом и поместье и попросил дать ему уроки владения копьём. Аналогично поступил и смущённый до неузнаваемости Дейв, при этом он заикался и сильно краснел. Непонятки в его поведении были на лицо, но с расспросами я решил повременить. Встретимся когда-нибудь, вот тогда и спрошу о таком поведении барона.
Эти два дня были очень насыщенными, один я работал лёжа, остальные носились как угорелые. Хэрн каждое утро посещавший своё лесное божество пообещал перед отъездом каждому из гвардейцев подарить заготовки под копья и багеры. Я не поверил, они были так рады, что орали право как дети. Видно Хэрн и, правда не врал о высокой стоимости и чрезвычайной редкости этих деревяшек.
Вообще лагуна произвела на дворян прекрасное впечатление, особенно грот, с его креслами, водопадом и очагом. Жаль, только долго балдеть там, не было ни времени не возможностей. Они были поражены, впечатлены и уходили из грота в полном восторге.
Неуклонно надвигался мой последний вечер в лагуне и от этого мне становилось очень грустно. Добавляло в пессимистическое настроение и мысль о долгой разлуке с Бобиком, как оказывается, я к нему сильно привязался за эти месяцы. И не отпускала мысль о необходимости что-то решать с Дакком темной магии, я уже ближе к ночи не был столь уверен в необходимости мне его иметь и не раз уже посещала меня мысль, а не отдать ли его герцогине. Но хомяк никакие умные мысли слушать не хотел.
После ужина проинструктировал гвардейцев как себя вести с герцогом и его женой, объяснив им какие могут быть препятствия на пути к заключению мира между государствами и кому этот мир крайне не выгоден. Сбегал к Бобику посидел у него с пол часа подтвердив своё твёрдое решение вживить Дакк, наполнил Хэрну чтобы завтра с утра даже если я сам не выйду из дальней спальни чтобы он забрал и передал гвардейцам шкатулку из под Дакка с письмом и не найдя себе ещё срочных дел поплёлся к своему на сегодня главному испытанию.
