Сколько мы времени так безумствовали не знаю, но сквозь расчётливый разум, который просчитывал ход эксперимента, почувствовал подход небывалой волны наслаждения и, отбродив сомнения уже не контролируя себя до максимума увеличив свои движения тела вложив в плетение манны и силы всё сколько смог и сколько позволяла сама его структура. А сам с головой окунулся в поглощающий мир ощущений счастья и чувств. Меня накрыло волной и я уже не чувствуя себя весь растворился в море накатывающего сладострастия.
Я проснулся от того что меня кто-то настойчиво тряс за плечо.
— Вставай соня, — кричал мне в ухо неугомонный Хэрн, — ты так всё счастье проспишь. Ты не забыл у нас на утро намечено развлечение?, — увидев, как я разлепил глаза возбуждённый канн уже тише сказал, — вставай, уже утро давно! Все на ногах один ты валяешься и никто тебя добудиться не может. Быстро завтракать и на площадь. Приходил представитель герцога, он был очень не доволен. Долго что-то высказывал отдельно Жаку. Я краем уха услышал, но не всё и не до конца. Но главное, — тот хмырь, которому дружок Мартина влепил пощёчину, оказался чрезвычайным послом откуда-то из соседнего материка. А эти громилы его охрана и сопровождающие. Герцог согласился, как я понял на проведение поединков, но так как мы практически на войне потребовал схватки провести без смертоубийства.
Я, с трудом соображая, даже не пытался сейчас же встать. Всё тело ломило и немного трясло. Я находился под действием наркотика под названием любовь. Только этого мне не хватало. Но Марфа говорила только о тренировках. И вмешивать чувства в спорт явно не стоило.
Я, напрягаясь, пытался вспоминать, что же вчера произошло. Мы перестарались с тренировкой, а мои эксперименты и изыскания слишком затянулись. Но какое у неё восхитительное тело. Так не вспоминать, а то придётся идти на завтрак с вздыбленными штанами.
Хэрн умчался по своим делам, а я, с трудом встав с постели, принялся одеваться. На улице по утрам свежо, а ночью уже были заморозки. Нижнее белье, постиранное Марфой, приятно пахло травами и её руками,… так я что-то опять размечтался. Не забывать, это был просто эксперимент и тренировка какого-то навыка очень полезного для здоровья мужчины.
— А я теперь точно мужчина!, — от такого вывода я голым задом плюхнулся больно на пол, — и притом в рассвете сил, только в отличие от мультяшного героя совсем не в меру упитанный, а одни кожа и кости, — я рукой потёр ушибленное место.
Завтракал я один. Марфа, войдя на кухню, оглянулась по сторонам, никого кроме нас, подошла, погладила своей тёплой ладошкой по голове и, нагнувшись, чмокнула в щёку. Меня как током от этого ударило.
— Спасибо милый!, — прошептала она мне в самое ухо. Меня заколотило от нахлынувшего возбуждения, — Контролируй себя. Ты прекрасно прошёл испытание, но это только начало. Продолжим сегодня. И старайся об этом не думать это тоже своеобразная тренировка. Помни об этом, или из-за своей рассеянности при внезапной опасности ты просто погибнешь. И ещё раз спасибо, ты просто прелесть!, — и она снова поцеловала меня в щёку.
В общем, завтрак удался. Я съел столько, что даже Марфа удивлённо смотрела за этим непонятным аттракционном. Её булочки были восхитительны, варенье сладкое, а её прикосновения нежны и приятны. Но я боролся со своими мыслями, помня её наставления. Я боролся с собой со всех сил, но, увы, в этой схватке я пока проигрывал.
На площадь мы вышли всей толпой. Шли пешком. Идти не далеко, для всадников в переполненном людьми, повозками и животными селе места просто не было. Дор о чём-то всю дорогу перешёптывался с Хэрном, Дэр и Ферр не отходили от парочки друзей-собутыльников. Дамы находящиеся в окружении наших кавалеров о чём-то весело щебетали. Марфа одетая в красивый цветной сарафан демонстративно не обращающая на меня никакого внимания весело смеялась над шутками возбуждённого близкой схваткой баронета. На то, что у него будет поединок, он очень рассчитывал.
На площади всё было готово. Мы еле протиснулись сквозь толпу. Свободный пятачок, огражденный веревками, за которые никто не заходил шагов по десять в каждые стороны. Рядом поставлена палатка как я понял для оказания помощи раненым и пострадавшим. Площадь полностью забита народом все близстоящие дома облеплены малышнёй. Заборы, крыши домов полны народа. Все ждут развлечений. Все хотят зрелищ.
— Мартин, — я дёрнул брата за рукав куртки, — как думаешь, если мы поставим ставки на своего бойца, противник поддержит или нет наше начинание?
— Однозначно. Сколько будем ставить?
Я задумался. Светить золотом не хочется, а серебром большую ставку не сделаешь. Рискнуть?
— Сколько у нас в золоте?
— Пара тысяч наберётся. Всё ставить?, — спросил, потягиваясь, Мартин. Он тоже не выспался. И как поведал Хэрн сегодняшнюю ночь братик развлекался с баронессой, но как я понял до серьёзного у них не дошло.
— Я думаю, да. Займись этим лично, Жаку не до ставок будет. Но и у него спроси, может и он рискнёт не только жизнью, но и деньгами.
