— Как вы отнесетесь к тому, что ваша дочь, по моему повелению, так как она по сути уже принадлежит мне, — Жакей после этих слов тяжело сел на стул, а его жена прижала руки к груди, — выйдет замуж за моего друга…, — Рол, видно подумав о Хэрне, ей богу пустил слезу, но протестующее восклицание всё-таки сумел удержать. Только вот глаза моментально угасли…, — Молодого умного парня …, — я посмотрел на фермера, гадая, какая ж сейчас будет реакция, — Рола!
Очередная посудина полетела на пол, это уже красавица Лия не удержалась. Рол же подскочил на ноги… глядя на меня не верящими глазами, а вот Жакей видно всё понял и рассмеялся…
До вечера мы сидели и разговаривали. Ребят, что нас постоянно в этот день сопровождали, сердобольный фермер покормил с моего молчаливого одобрения и уже ближе к ночи обсудив все нюансы, на телеге запряжённой парой лошадей, отвёз нас в город, вместе с пацанами из воровского сопровождения.
Решилось всё просто, Рол с молодой женой получает хозяйство бывшего врага фермера, а уже Жакей контролирует и помогает молодым, благо семьи у этой сволочи не осталось и зачищать никого не потребовалось. Со всеми, включая мужика-судью Жакей рассчитывается сам, а мы с Хэрном получаем в своё личное пользование любую скотину в нужных количествах из хозяйства Жакея. Трогать своё, а теперь Рола я не хотел, Во-первых, я выиграл это право, а во-вторых… ну люблю я халяву тем более когда она качественная. Свадьбу отыграют они уже без меня, уж чего-чего, а задерживаться в городе я не хотел…
В таверне всё было как обычно…
— … как и ожидалось Хэрн гнома всё-таки ушатал. В хлам… и вопрос с качественными клетками для птицы и скотины повис в воздухе. Ну, ничего, кое-кому я завтра хвоста накручу и эта пьянь сама мне их изготовит, аккурат к нашему отъезду, а пока лёгкий ужин у себя в комнате, гитара и мягкая постель. Вино раскрепостило душу и сняло усталость, вот только на баню меня не хватило…, устал. А теперь спать, завтра опять суматошный день…, но мне это нравится, я чувствую, что я живу!
* * *
И всё-таки мы смогли наконец-то выехать. И вот уже третьи сутки трясёмся по разбитым просёлочным и лесным дорогам.
Мне кто-то говорил, что до города Зея вроде как пять дней пути, но оказалось, что в дороге мы пробудем не менее декады, при этом встречных населённых пунктов нет. Даже задрипанной деревеньки нет и трясёмся мы, на раскуроченной дороге поминая лихом и Долов и весь пантеон богов вместе взятых за такой заброшенный богами тракт. Пейзаж всегда один и тот же один лес кругом и больше ничего…
— А вот город Зея, — спросил я Терея главного Сокола, что часто теперь предпочитает сидеть на облучке нашего фургона рядом с Хэрном, — туда ведёт только эта дорога?
— Нет, конечно. Эта дорога и не существует вовсе, даже на бумаге по которой мы сейчас едем. Основной тракт ведёт через сто лицу провинции Ван, а мы вроде как с тылу в город попадаем. А территории Этрука дальше начинаются. Там, да, законы действуют другие. Но Ван считается самой спокойной провинцией и что не странно, процветающей. Каждый воин, если он не на службе у императора, должен платить налог от наёмничества, а если учесть, что каждый макр наёмник, то и денег собирает герцог, со своих земель, много. У нас тоже так, мы хоть и макрами считаемся, но живём обособленно и зря, что вы не хотите уехать с нами. У нас цивилизация, большие города, красивые дворянки и жизнь ключём бьёт!
— Ага и каждый раз по голове!, — пошутил Хэрн!, — не! Нам где поспокойней надо! Но в гости жди, как-нибудь надеваемся…
Дни одинаковые как под копирку. Да, в дороге они всегда друг на друга похожи, если и пейзаж вокруг днями не меняется. Я большее время пропадаю в телеге у Рола. Его будущий тесть снарядил повозку, нагрузив её продуктами на продажу. Деловой человек Жакей, выгоду возьмет из любого дела, как и получилось со мной при том памятном пари.
Результат пари теперь пылил за нашей повозкой иногда ее, притормаживая, если моему бугаю казалось, что Хэрн слишком разгоняется. Рядом с бычком пегая красавица Бурёнка, а какое ещё имя я мог дать корове… вполне себе коровье имя и совершенно не распространенное в этом мире.
На крыше нашего фургона большие высокие клети. Гном, умница, такими крепкими и красивыми их сделал, хоть сам в них живи. Основание выполнено их толстых досок очень крепкого дерева, а сами клетки из нержавеющей проволоки. Дверцы клеток на запорах, сами высокие и широкие, во всяком случае, я вхожу в клетку не сгибаясь. Всего клеток четыре, две больших, занимающих больше половины пространства крыши фургона и две поменьше, где теперь в одной находятся цыплята и гусята, по десять маленьких юрких комочков, а в другой четыре небольших кролика. А вот в больших клетках…
— … но об этом стоит рассказать отдельно.
Ревизию доставшегося хозяйства проводили на следующий день.
