Наивная, жесть. Просто жесть. Треш! Мозг закипает за секунду, а что творится с моей мужской выдержкой, лучше вообще не озвучивать! Я с такой яростью и ненавистью ни одну женщину еще не хотел. От яростных, хлестких желаний даже дышать трудно.
— Я прекрасно понимаю, что мой список сейчас ничего не гарантирует! Но я над этим списком всю ночь трудилась, четко сформулировала все, чего хочу, и не уверена, что потом у меня получится так же ясно и по делу озвучить свои интересы, не пропустив ничего. Делайте фото! — держит бумажку, как икону. — Оригинал останется у меня.
— Черт с тобой.
Я даже сфоткаю ее с этим списком в руках на память, чтобы больше не связываться с такими наивными дурехами! Терпения на них не хватает!
— Теперь пошли… На остров вернешься.
— Без вас? — спрашивает с надеждой.
— А что, уже планируешь, как будешь спать одна на кровати?
— Да, — отвечает, стиснув зубы. — Я это в списке озвучила. Вам не помешало бы с ним ознакомиться.
— Со списком мой юрист ознакомится и потом озвучит самое важное. Его работа.
После завтрака отправляю Серафиму обратно на остров. Под присмотром охраны… Сам остаюсь на материке. Не могу рядом с девчонкой! Только не там, где вообще никаких границ и всего одна долбаная кровать!
Еще синяк этот на руке от моих пальцев. Черный, здоровый…
Смотреть тошно. От самого себя тошно, полез к ней, о границах забыл. Сам говорил, что она меня, как женщина не интересует! Когда все изменилось? Когда я начал смотреть на нее с желанием?! Голова горит от мыслей, сердце бьется навылет, все в узел скручивается.
Нужно проветриться…
Так, где здесь клубы с красотками?! Нужно заглянуть и повеселиться!
***
В воздухе тянет гарью. Под щекой колется. Борода чешется… С трудом переворачиваюсь на бок. Рук не чувствую. Ног тоже. Разлепил глаза, понял, что под щекой — песок с мелкими камушками. Руки связаны. Что за ерунда!
За спиной послышались шаги.
— Тимур Дамирович?
Каждый звук отзывается в голове болью и гулом. Но голос знаком. Пытаюсь вспомнить, кто это. Зрение проясняется. Лицо тоже знакомое.
— Мирон?
— Да, это я! — кивает обрадованно. — Как самочувствие?
— Состояние — дрянь! Почему я… связан?
Охранник смотрит в сторону, подзывает другого. Шушукаются между собой.
— Думаю, уже можно?
— Да. Можно.
— А ну-ка, ша! Развяжите живо! — рявкаю.
Через миг руки и ноги освобождены. Разминаю затекшие конечности, сидя на песке возле пляжа. Сбоку — здание, частично сгоревшее.
— Так…
Пытаюсь понять и вспомнить. Но в голове словно провал.
— Какое число?
Отвечают.
— Что?!
Как будто трое суток прошло с момента, как я отправил Серафиму на остров, а сам решил прошвырнуться немного. Неужели трое суток меня швыряло?!
— Ты и ты… — хриплю. — Пить. Пить принесите и отчет, что было…
Я же не на острове, да?! Думаю с опаской. Здание не то! После того, как немного выпил холодной воды, мыслям начала возвращаться ясность.
— Где я? Рассказывайте, что было. Мирон, — киваю. — У тебя рожа выглядит смышленной. Ты и рассказывай.
— После того, как Баженову отправили на остров, вы отправились гулять по клубам!
— Кажется, я к девушкам наведаться хотел!
— Девушек кругом крутилось немало! Но, наверное, вы были не в настроении, всех отшивали. Сутки колесили, все клубы обошли! Потом…
— Что потом?
— Отправились кататься по побережью. Этот дом вам приглянулся. Сняли на сутки, чтобы устроить вечеринку с девушками!
— Вот, — хмыкаю. — Много девушек было?!
— Штук двадцать. В начале.
Наверное, потом вечеринка была просто огонь! Гарантирую, гулянка получилась такая знатная, что я ничего не помню.
— Потом вы всех баб выгнали, — добавляет Мирон.
— ЧТОООО?! Как это выгнал?!
— Вот так. Одна из девок хотела вам что-то подсыпать! Вы поймали ее на этом, всех выгнали с формулировкой “все вы шкуры продажные!”.
— Выгнал?
— Да. Всех.
— Я хоть одну оставил?!
— Нет, — отрицает Мирон. — Попыток было не мало. Со стороны девушек. Но вы всем отказывали.
— Тоже с формулировкой?
— Да.
— С какой же?
—Сначала заслужи! Вижу тебя насквозь, подзаборная! — начинает перечислять.
— Хватит, — пресекаю поток слов.
Никогда я не заморачивался с женщинами, они всегда были не против замутить короткую интрижку и тусовщиц заядлых я тоже с удовольствием пользовал. Откуда взяться заморочкам о чистоте? На страже чистоты всегда есть защитные средства!
— Это все? — спрашиваю Мирона. — Баб выгнал. Потом продолжил веселиться?
— Не совсем. Вы требовали найти паром до острова.
Выругался себе под нос!
— Лодку приказали искать. Это было глубокой ночью… Мы лодку не смогли найти.
Испанский стыд… Если скажут, что я после отказа найти лодку к острову поплыл своим ходом, застрелюсь!
— И?
— Потом вы костер разожгли. Хотели сжечь какой-то список… — Мирон задумчиво почесывает нос. — Бросили в костер телефон.
Ясно, думаю мрачно. Понимаю, о каком списке идет речь.
— И все?
— Да.
Выдыхаю с облегчением.
— Это все, — отвечает Мирон. — Только есть один нюанс.
— Какой?
Нюанс? Какой нюанс? Страшно услышать, что я еще мог учудить!
