– Эй, кукла! Да не бойся ты, бабками не обидим.
***
Содрогаюсь, вспоминая тот животный страх и ужас, который пронзил, словно миллиард острых иголок все тело, когда мужчины, окружив меня, запуганную до смерти, потащили на яхту. Не обращая никакого внимание на мое отчаянное сопротивление, они были совсем глухи к мольбам. Эти сволочи отказывались реагировать на мои попытки вырваться и что-то объяснить. Такое ощущение, что они воспринимали все как какую-то игру. Только вот я совсем не та, за кого они меня приняли! Я – обычная девушка из глубинки!
Когда я оказалась на борту огромной белоснежной яхты, первое, о чем подумала – это то, что правильно говорят: «Бойся своих желаний». Ведь еще час назад я смотрела в восхищении на белоснежный корабль, мечтая побывать хоть раз в жизни на его борту.
Эта красивая субмарина, которая совсем недавно завораживала своим видом, стала казаться смертельной ловушкой, из которой мне никогда не выбраться невредимой.
– Не бойся, – сочувственный хриплый баритон касается слуха, заставляя обратить взгляд на хозяина каюты. – Никто тебя не обидит.
Я все еще не могу поверить в то, что опасность миновала, поэтому с опаской поглядываю на высокого брюнета. С ужасом понимаю, что с таким даже сопротивляться смысла нет. Слишком большой, слишком мощный…
– Садись, – Волков указывает на стоящее рядом синее кресло.
Не смея перечить, опускаюсь на мягкое сидение, скромно сложив подрагивающие руки на коленях. То, что это и есть Волков – хозяин яхты, у меня нет никаких сомнений. Именно он командует судном – только этим можно объяснить уверенную и властную манеру держаться.
«Не стану плакать перед ним», – почти уговариваю себя, но первый всхлип уже срывается с губ. Предательская крупная слеза катится по щеке.
Заметив, что я плачу мужчина отводит взгляд в сторону и хмурит широкие соболиные брови. Этим жестом он выдает, что именно из тех мужчин, которые категорически не терпят женских слез. Когда я стараюсь незаметно стереть соленые слезы с чувствительной кожи, к моему удивлению, негромко чертыхнувшись, Волков оказывается возле меня. Он садится рядом на корточки и, приподняв двумя пальцами пой подбородок, заглядывает прямо в заплаканные глаза.
– Эй, принцесса! В чем дело? – голос мужчины смягчается, становясь бархатным, обволакивающим.
Обветренное лицо, покрытое бронзовым загаром, оказывается так близко, что на секунду у меня перехватывает дыхание. Приятный аромат свежести касается обоняния, заставляя затрепетать ноздри. Редкого цвета зеленые глаза смотрят внимательно, и я с облегчением отмечаю, что в них нет и намека на жестокость.
– Не надо плакать, – а затем добавляет с лукавой насмешкой. – Пытаешься испортить мне ночь, красавица?
«Это я-то пытаюсь испортить?!» – вскидываю непонимающе взгляд. Или он так шутит? Судя по янтарным смешинкам в глазах – так и есть.
Брюнет наклоняется ближе, и я смущенно замираю. Никогда не видела таких глаз. Годы, проведенные в открытом море, должно быть, придали этим глазам такой глубокий изумрудный цвет или же так кажется из-за контрастных темных волос. Заметив, что я его разглядываю, мужчина обаятельно улыбается, стараясь расположить к себе. Да, он красивый, в отличии от тех двоих. Только вот от этого Волков не перестает казаться мне опасным. Несмотря на улыбку, взгляд его остается острым, проницательным… Когда большой палец мужчины неожиданно прикасается к моей нижней губе, испуганно отдергиваю подбородок в сторону.
– Не надо, пожалуйста. Я не хотела сюда идти.
Мужчина неохотно встает и с досадой проводит ладонью по затылку. Смотрит искоса на меня, словно прикидывая, говорю я правду или же набиваю себе цену.
– Клянусь, – мои глаза наполняются соленой влагой. По щеке, а затем подбородку скатывается прозрачная слеза, падая на кромку платья.
– Девушки из хороших семей не разгуливают одни в таких местах, – грубовато говорит Волков, должно быть, все же проникшись к моим слезам. – Любая, кто так поступает, очевидно, ищет удобный случай сговориться с изголодавшимися по женщинам моряками, – мужчина прячет руки в карманы джинс, от чего ткань сильнее обтягивает поджарые мускулистые бедра и неожиданно произносит то, чего я совсем не ожидаю. – Извини моих парней, идиоты еще те. Поверь, уж я-то знаю, бок об бок столько лет.
– Я… – не знаю даже, что на это сказать. Поэтому, собравшись с духом, лепечу. – Можно мне уйти?
