- Здравствуйте, - шепчу, еле разлепляя губы.
- Здравствуй, дорогая. Какая ты хорошенькая, просто прелесть. А я думаю, куда Егор так сильно рвется. Не на учебу же, - смеётся.
- Спасибо, - в горле ком. Картина начинает проясняться, и мне становится очень стыдно за свое поведение.
- Мам, я на минуту, - говорит Егор уже этой женщине и направляет телефон на себя, выходя из палаты.
У меня в глазах слезы.
- Какие у тебя ещё претензии остались ко мне?! Не стесняйся! Предъявляй!
По щекам начинают течь слезы, когда он садится на какую-то скамейку в коридоре больницы.
- Ну все, прекрати, - смягчает тон, приближая к лицу камеру. Смотрит с такой нежностью, что сердце начинает щемить от любви к нему. – Ну не плачь, Малышка…
- Прости, - шепчу тихо, пожирая его взглядом. Я так по нему соскучилась.
- Если больше не будешь меня злить и садиться к этому утырку в машину, тогда придется простить, - говорит он с хитрым блеском в глазах.
- Не буду, - обещаю ему. – А что за девушки на фотках с тобой?
- Становишься моей фанаткой? Будешь сталкерить меня? Обещаю, для тебя будут особые привилегии, - заразительно смеётся, обнажая белоснежные ровные зубы.
Ммм, какой же он красивый и желанный. Мой любимый!
- Например? – флиртую, стирая слезы с лица.
- Интим со своим кумиром? Как тебе?
- И сколько от тебя было таких предложений? – недоумеваю я. Во мне просыпается жгучая ревность.
- Ревнуешь? Это персональное предложение, специального для моей сталкерши! Соглашайся, пока не передумал. А на фотках мои одноклассницы, мы с ними сто лет не виделись. Они меня поймали на улице, ну, мы и сфоткались.
Смотрю на него, все ещё злясь.
- Не злись, Малышка. За километр никого не подпускаю И к своему члену разрешаю прикасаться только тебе. По ночам дрочу только на твою фотку. Пришли мне что-нибудь эротичное. Я, трындец, как хочу трахать свою Снежинку. Ммм… В таких позах мне снишься, мама не горюй…
Смотрит по сторонам и опускает камеру на свой стояк, который абсолютно не скрывается под свободными спортивными штанами. Хватает его рукой, демонстрируя немаленький размер.
- Вот, что со мной делает одна мысль погрузиться в мою Малышку. Как вспомню, какая ты горячая, тесная, только моя…
Дышу рвано. Я безумно возбудилась от его пошлых слов и этой демонстрации его стояка. Трусики уже можно отжимать, настолько он эротично все рассказывает.
- Так что хватит додумывать того, что нет! И чтоб ни у кого там и в мыслях не было трогать мою девочку, если не хотят ходить с переломанными пальцами! Поняла?
- Поняла, - улыбаюсь. Звучит угрожающе, но я, наверное, больная, и эта его гиперопека мне очень нравится.
- Давай, позвоню вечерком, может разведу тебя на секс по телефону…
- Егор, нет! – категорично.
- Яночка, да! У меня кровь перестала приливать к голове, потому что все в член уходит! Я думать ни о чем не могу. Ты должна мне помочь, если не хочешь, чтобы я сдох от спермотоксикоза!
Звонко смеюсь, закидывая голову.
- Нет такого заболевания, Костров!
- Есть, Снежская! Я прям чувствую, как оно поражает все мои органы, начиная с мозга. Только ты можешь меня спасти.
Люблю этого дурака.
- Все, я пошел, давай. Скучаю, целую. - Потом задорная улыбка на лице и договаривает тихо, - во все места.
Подмигивает, цокая языком.
- Целую…
***
На секс по телефону он все-таки смог меня развести и в этот день, и на следующий, и даже через день. Зато я теперь знаю в мельчайших подробностях как устроен мой парень. Осталось только все это потрогать на ощупь.
Пошлячка ты, Снежская! Но потрогать очень хочу, прям до зуда в пальцах. А может и не только потрогать.
Улыбаюсь своим мыслям, проходя по коридору в универе.
Со своими фантазиями не замечаю, как ко мне подходит Леша.
- Привет, гимнастка.
Улыбаюсь ему сдержанно.
- Привет, Лёш.
На самом деле он выглядит весьма добродушным. Но иногда лишь во взгляде проскальзывает какой-то холод, которому я не могу найти объяснения. Так не смотрят на ту, кто нравится и которую хотят завоевать. Хотя его посылы так и выглядят.
- Куда идёшь?
- В кафе, перекусить, - без задней мысли.
- Да, можно. Идём.
Странное ощущение, когда человек так легко навязался. Вроде и не хочешь с ним идти, но неудобно сказать об этом.
- Ты скажи, что тебе взять. Я сам куплю.
- Нет. Спасибо конечно, но я сама себе куплю все, - в этом плане я категорична.
Он мне не парень и даже не друг, чтобы я соглашалась на такое.
Садимся вместе за стол и к нам подсаживаются пара его друзей, громко обсуждая какую-то девушку в нелицеприятной форме.
- Да, давалка обычная, - пренебрежительным тоном один из них.
- Ага. Ее уже все перетрахали, - второй.
Шокировано смотрю на них.
- Эй, парни, вы видите с нами девушка сидит, - затыкает им рты Леша.
А мне настолько неприятно, что из последних сил держусь, чтобы не уйти. Вся их компания мне неприятна, их разговоры мне неприятны, даже мое присутствие рядом с ними мне тоже неприятно.
- Даш, у меня к тебе дело, пойдем, - из ниоткуда появляется Дэн и хватает меня за руку, поднимая со стульчика.
Смотрю на него с такой благодарностью.
- А ты уверен, что девушка хочет с тобой идти? – неприятным тоном интересуется Хмельницкий.
