Саше стало нехорошо. Сумасшедшая же. Она посмотрела на класс – все сидели спокойно, как всегда у Эллы Степановны, запуганные, но не удивленные. То есть все понимают, о чем идет речь. Учительница дошла до Саши, заглянула ей в лицо, круто развернулась на каблуках и пошагала к своему столу.
– Кто мне скажет, сколько весит душа Володиной?
Саша совсем уже решилась бежать, но в это время снаружи слегка подергали дверь. Ираида-Ира проверяет, всё ли в порядке! Саша сжала за спиной ручку – пусть думает, что у них закрыто и всё хорошо.
– Повтор-р-р-ряю, – офицерским голосом, на раскате, спросила Элла Степановна, – кто мне скажет, сколько грамм весит душа Володиной?
«Граммов, дура!» – выругалась Саша.
Руку поднял Дима, хорошист, каких она не любила.
– Давай, Лисовец!
– Душа весит 59 грамм.
«И ты дурак!» – с печалью отметила Саша.
Учительница грозно шагнула в сторону Лисовца, у нее был такой вид, будто и его хочет к двери поставить:
– Чья душа?
Лисовец замялся, втянул голову в плечи и оттуда, из глубины своего синего пиджачка, промямлил:
– Душа Саши.
– Какой Саши?
– Володиной.
– Ты полностью можешь сказать? Нормально!
Дима совсем сморщился и пробормотал:
– Душа Саши Володиной весит 59 грамм.
– А откуда нам это известно? – не отступала учительница.
Лисовец ухом показал на доску:
– Из фильма.
Тут только Саша заметила, что в кабинете поверх доски висит белый экран, на нем – фотография: человек, мертвый или спящий, лежит на столе, накрыт простынкой, от него поднимается тонкая струйка дыма. На первой парте, у Алёши Симакова, стоит проектор. Господи, что здесь происходит?
Элла Степановна посадила Лисовца и снова стала вызывать:
– Кто объяснит Володиной, что было в фильме и на чем мы остановились?
Руку поднял Алёша.
– Ну, Симаков. Только не мямли.
Он с трудом вылез из-за парты, пригладил живот, как будто тот за время сидения смялся, и начал рассказывать:
– Ну, это… Мы смотрели кино про то, что у человека есть душа. Когда живого мужчину взвесили, а потом уже мертвого, у него не хватило 59 грамм. И еще женщину так взвешивали, и разных старушек, и детей. Вот… – Алёша заволновался, стал теребить себе на бедрах штаны.
– Молодец, Симаков, садись! – похвалила учительница и продолжила: – Душа человека весит 59 грамм. В душе сосредоточены все наши основные функции: любовь, радость, сострадание, стыд, совесть. Володина, у тебя есть совесть?
«Да не грамм, блин, а граммов», – зло огрызнулась Саша про себя, но вслух ничего не сказала.
– Нет у тебя, Володина, ни стыда, ни совести, поэтому твоя душа, может, и 30 только грамм весит. На крайняк 40. Садись.
Саша прошла к своему стулу. Странно, на нем сидела Света Кузьменко. Тихая девочка, новенькая. Села рядом с Анькой. На природоведении им разрешали садиться кто с кем хочет. Они сидели с Анькой. И вот надо же! Саша растерялась и встала над Светой.
– Ну, – спросила Элла Степановна, – чего стоим? Жопа встала – место потеряла.
«В тюрьме она, что ли, работала? Всегда так разговаривает», – подумала Саша и пошла искать место на последних партах. Но они тоже были заняты. В конце среднего ряда сидел в одиночестве Таир. Ну вот, как в классе сидят, так и здесь сядут. Она поставила свой ранец на пол, села. Таир радостно улыбнулся, видно было, что он хотел даже сказать ей «привет», но боялся учительницы.
– Досматриваем слайды! – скомандовала Элла Степановна. – Алёша, выключи свет.
Симаков, застревая между стулом и партой, полез к выключателю. Потом громко, с одышкой, плюхнулся на свое место. Совсем толстый.
– Крути следующий, Алёша!
Тот что-то крутанул – на экране появилась большая газетная заметка, буквы жирные, размазанные, ничего не разобрать. Только заголовок видно «Человек любит одною лишь душою». И совсем уже непонятное фото, черно-белое.
– Душа – это, как теперь уже доказала наука, такой орган, без которого у людей не только нет стыда и совести, – тут Элла Степановна демонстративно вытянула шею и посмотрела в сторону Саши, – но они действительно не могут любить. Если отнять у человека душу, он станет каким?
Все молчали.
– Он станет, – учительница поучительно подняла палец вверх, – бездушным!
Кто-то из первого ряда спросил тихонько:
– А можно душу забрать у живого человека, не у мертвого?
Учительница встала:
– Как два пальца об асфальт! Душу человека, особенно таких глупых и маленьких, как вы, легко можно выменять на цацки, конфеты, деньги или другие блага. Вы же теперь все какие? Помани вас пальчиком – душу отдадите за мороженое и новые лосины. Да вы все без души, давно продали! А назад душу получить нельзя, запомните. Вы пропащие!
Даже с задней парты и в полумраке Саша увидела, с какой ненавистью смотрит на них всех Элла Степановна. Тощая, рыжая, в длинных туфлях-лодочках, больших ей настолько, что она подкладывает в носок газеты – они видели! – учительница всегда их обижала и разговаривала, как зечка. Хотя преподавала природоведение, у пятиклассников – экологию, еще биологию, ну и ОБЖ теперь. Когда Элла Степановна к ним пришла, Саша даже уточнила у мамы, может ли в школу устроится зек. Мама удивилась:
