Потеря близкого человека всегда болезненна. Потеря любимого – ещё тяжелее. Потеря себя – невыносима. В свои тридцать-пять Мила понимает это лучше всех. Её муж погиб пять лет назад. Теперь её жизнь походит на замкнутый круг, из которого нет выхода. Единственная радость – сын, но что будет, если и его у неё попытаются забрать? Будет ли она сражаться дальше или решит сдаться?
Я всегда любила путешествовать. Считала, что в любом месте и в любое время можно найти что-то уникальное и захватывающее. Хоть за свои тридцать в моём туристическом списке было не так много мест, я искренне надеялась, что с каждым годом их будет становится всё больше. К счастью, у нас с Андреем на этот счёт сходились мнения. Он тоже любил изучать новые места. С появление Вадима в нашей семейной жизни пришлось пересмотреть область путешествий. Так начался наш тур по городам России. Первым стал Ростов с его белокаменным Кремлем с потрясающим внутренним двором. Неудивительно, что именно там часто снимали исторические фильмы. Потом Тула с её пряниками ручной работы. Я была уверенна, что не почувствую разницу между магазинными и теми, что продавались в лавках. Как же я ошибалась. Больше половины нашего бюджета на поездку было оставлено в одной из лавочек, где мы скупили около десяти килограммов пряников. Вадиму они тоже понравились, хоть есть ему их было много нельзя. Андрей в своих эмоциях оказался более сдержанным, как, впрочем, и всегда, но два пряника, ещё до отъезда в Москву он всё же съел. Калязин, Коломна, Муром, Ярославль – города менялись один за другим. Когда Вадиму было семь мы проехали уже почти всё «Золотое кольцо», но не планировали на этом останавливаться.
– Что ищешь? – поинтересовался Андрей, бросив в мою сторону заинтересованный взгляд.
За окнами проносились яркие зелёные леса и едва тронутые золотом поля. Май был одним из лучших месяцев, для поездки в Санкт-Петербург. Город уже отошёл от зимней стужи, Невские ветра не так сильно задували под пуховые куртки, а солнце становилось частым гостем. Совсем скоро должны были начаться дни «Белых ночей», на которые у нас, к сожалению, не было возможности попасть. Наши с Андреем отпуска наконец-то совпали больше, чем на неделю, и теперь можно было ехать отдыхать в более отдалённые места, на длительный срок. В Питере мы планировали задержаться не менее, чем на полторы недели. Хотели осмотреть не только весь город, но и ближайшие к нему места, в особенности «Царское село».
– Смотрю, что бы такое нетривиальное привезти родителям.
Мой палец скользил по экрану мобильного, а глаза шустро бегали по строчкам, чтобы не вчитываться досконально, но выхватывать необходимую информацию. За годы работы в строительной фирмы, пришлось научиться быстро анализировать информацию.
– Может книги? – пожал плечами Андрей, устремляя взгляд в зеркало заднего вида.
Вадим спал, уткнувшись виском в левую часть подголовника и сладко причмокивал. Скоро нужно было делать остановку, чтобы Андрей передохнул, да и мы все поели.
– Моя мама оценит, а вот твоя, думаю нет.
Мои губы искривились от разочарования. Я открывала уже третью ссылку и ни в одной из них не было ни одного достойного предложения. Всё слишком обыденно: магнитики, колокольчики, фигурки.
– Магнитики?
Мой взгляд сказал всё за меня. Губы Андрея исказились в довольной усмешке, и он легко пожал плечами.
– Твоим можно что-то из фарфора привести, – скривила задумчиво губы я, находя наконец-то что-то интересное. – Предлагают ещё что-то из Финляндских магазинов.
– Неплохо, – хмыкнул Андрей, кивая головой. – Съездили в Питер, а как будто бы заграницу.
Сдержать рвущийся наружу смешок не получилось. Цокнув и покачав игриво головой, я убрала мобильный в карман лёгкой весенней куртки. Поверх зимнего свитера она должна была уберечь от промозглых ветров.
– Хочешь, можешь тоже подремать немного, – кивнул назад в сторону Вадима Андрей.
– И оставить тебя одного?
– Ох, – картинно удручённо выдохнул Андрей, – а я-то надеялся, что посижу хоть немного в тишине.
В ярких зелёных глазах блеснул игривый огонёк, а счастливая улыбка тронула уголки тонких, слегка обветренных губ.
– Ну, ты и засранец, конечно.
Цокнула я, прикусывая нижнюю губу, чтобы хоть немного изобразить обиду, но свет в карих глазах не позволил этого сделать. С Андреем мы были знакомы с университета. Он учился в соседнем здании на факультете инженерии. Если бы не моя забывчивость, и не оставленная тетрадка с конспектами по пропедевтике в холле второго этажа, где у группы Андрея всего раз в неделю были пары по истории, наши жизненные пути никогда бы не пересеклись. Он математик, я гуманитарий, умеющий красиво рисовать. Он коренной Москвич, я из Калужской области. Наши различия можно было перечислять часами, но, возможно, именно они стали причиной, почему мы до сих были вместе.
– Можешь подать воду. Она в бардачке, – кивнул в мою сторону Андрей. Нажав на нижнюю часть панели, я пригнулась вниз, но бутылку не увидела, зато заметила странный белый конверт. – Бери.
