С глухим рыком отбрасываю в сторону стопку договоров, бухгалтерских отчётов и прочей бумажной рутины, прикрываю глаза, сдавливаю пальцы на переносице. Я выдохся, как морально, так и физически. У отца инфаркт, но благодаря экстренному вмешательству врачей, его спасли. Уже третий день в палате интенсивной терапии, и сколько он там ещё проведёт, неизвестно, его состояние стабильное, но не настолько, чтобы он смог подняться с постели.
Когда мне сообщили, где именно приступ застал отца, готов был в петлю влезть. Он был у Карины, видел внучку, разволновался и…. Это моя вина. Я наломал гору дров, а расплатился отец. Свои сердцем, своим здоровьем. Лечащий врач отца сообщил, что в дальнейшем родителю придётся постоянно принимать лекарство, чтобы избежать таких же приступов.
С отцом разговор только о его состоянии, про то, как случился приступ не спрашиваю, боюсь отцу станет хуже, и он это понимает, потому тоже молчит. Но по глазам вижу, он думает о них, и всё равно переживает.
Мама из палаты не выходит, домой отказывается ехать, первые два дня со мной даже не разговаривала, наверное, боялась сорваться и высказать какой у неё сын сволочь. Сегодня утром поднялся на их этаж, и стоило войти в палату, как женщина бросилась мне на шею, шепча, что всё у нас наладиться, отец поправиться и девочек наших вернём.
Обязательно вернём! В коленях буду ползать, но вымолю прощенье, докажу, как сильно они мне нужны, как люблю их. Две коротких встречи с Ариной, из которых первую даже не хочу вспоминать, нутро всё обжигает адской болью. Но эта маленькая девочка уже в моём сердце. Хочется вновь взять её на руки, но не так как первый раз, а аккуратно, с трепетом, с любовью. И не выпускать, никогда не выпускать.
Вновь звонит телефон, на автомате принимаю вызов, даже не смотрю кто.
- Да, - стараюсь не рычать, хотя плохо получается.
- К-кирилл Ге-георгиевич, - заикается секретарша отца, она уже боится мне звонить бедная, - тут Быханов, т-требует встречи, - сообщает Валентина.
- Чёрт! – цежу сквозь зубы.
Дело дрянь! В сми просочилась информация о случившееся с отцом, и теперь все партнёры словно взбесились. Понимаю, что необходимо встретиться с каждым, успокоить, обсудить дальнейшие сотрудничество, сообщить, что у руля всего бизнеса отца теперь буду я. Но появиться перед ними с разукрашенной мордой не могу. Можно, конечно, соврать, что напали хулиганы, такое может случиться с каждым, да только мне могут не поверить, и тогда разрыв контрактов.
- Кирилл Г-георгиевич, - зовёт меня женщина, не услышав от меня ответа.
- К Струкову его направь, скажи, что он в курсе всех дел, и может с ним обсудить все интересующие его вопросы. Если заартачиться перезвонишь, - даю распоряжения и отключаюсь.
Какого хрена всё свалилось в один момент? Это так бумеранг бьёт за содеянные ошибки?
Я не успел даже отложить телефон, как он вновь заиграл надоевшей мелодией.
- Да Валентина, - принимаю вызов, видя номер секретаря.
- Кирилл…
- Не согласился? – перебиваю женщину, - пришли мне его номер, попробую по телефону всё обсудить.
- Нет-нет, Быханов ушёл, я по другому вопросу, тут пришёл запрос на оплату мебели, которую я заказывала для вас вчера…
- Точно! – вновь перебиваю женщину, - Валентина оплатите и проконтролируйте, чтобы всё вовремя доставили в клинику, и про сборку не забудьте, - даю очередное распоряжение.
Завтра к обеду у девочек в палате заменят абсолютно всё, жаль ремонта не выйдет сделать. Для этого нужно на время переселяться в обычную палату. Чужие люди вокруг, общий туалет и ванная, крики других детей, нет, уж лучше со старым ремонтом, но с удобной, новой мебелью.
- Хорошо, все будет сделано в лучшем виде, - летит от секретаря, после чего я отключаюсь.
Безумно хочется поехать в клинику и навестить девочек, попросить прощение за всё дерьмо, что причинил Карине, хоть несколько минут побыть рядом, увидеть, услышать голос любимой. Но и тут моя рожа не позволяет этого сделать. Напугаю же ведь!
Поднимаюсь с постели, собираю разбросанные документы, раскладываю их по стопкам, и вновь погружаюсь в работу, но сосредоточится не получается, мыслями уплываю к Карине и нашей дочери.
Завтра я стану свободным от уз недолгого брака. Рита сама подала на развод, прислала бумаги семейному юристу час назад. На подпись заявление на развод привезут завтра, сегодня Струков в поте лица занимается с партнёрами, взвалив всё на свои плечи по моей просьбе. Он тоже пришёл к мнению, что не стоит светить моей разбитой рожей перед всеми.
К вечеру с трудом, но всё же разгребаю всё документацию, звоню Глава м отделов, даю распоряжения по некоторым договорам. Некоторые моменты требуют личного присутствия, но пока так, надеюсь в ближайшие дни отёк полностью спадет и можно будет загримировать оставшеюся красоту на своей роже и появиться в компании, а главное у девочек в больнице.
