В голове сами собой появились картинки, как я крепко обнимаю его… Но я поспешно их отогнала. Уж ему там точно не до объятий. И я хороша. Думать надо о том, как бы пробраться туда, выяснить что-то о захватчиках и как вызволить его из неволи, а не о том, о чём я думала. Даже щёки запылали.
Но не признаться хотя бы себе, что я ужасно по нему соскучилась, не могла.
Альвисса мне тоже не хватало. Но совсем не так. За всё это время я вспоминала о нём всего-то несколько раз, больше занятая насущными проблемами. Зато не было ни одного дня, когда меня не одолевали переживания за императора и мысли о нём.
Если всё это закончится хорошо, то я приму его приглашение и навсегда останусь во дворце. Даже если мне всё показалось, и я ему вовсе не нравлюсь (может он и правда по доброте душевной обо мне заботился), то всё равно не хочу себе другой судьбы, чем быть тут. С ним и Тьеном. А уж в качестве кого – так ли важно?
В конце концов я могу быть если не няней, то хотя бы работать на кухне. Как оказалось, всё у меня неплохо получается, не только готовить. И тогда можно будет видеть их обоих каждый день…
Пока же с тем самым молодым воином мы крались по тёмному пустому коридору.
К груди, в которой бешено стучало сердце, я прижимала пирожки. Глупо, наверное. Вряд ли императору они так уж нужны. Но как повод сработали неплохо. Да и вдруг его там совсем не кормят? Так хоть чем-то червячка заморить…
– Вон. В той камере он.
Я замерла, не веря в услышанное. Прямо вот тут. В этом тёмном и прохладном месте? Император?
– Ну ты идёшь? Или испугалась и не пойдём туда? – парнишка нахмурился, а я поспешно кинулась к железной двери. Пока не передумал.
Ключ он достал заранее и обещал пару минут постеречь меня за дверью. Точнее сразу-то сказал, мол, еду оставим и уйдём, но я убедила его дать мне немного поговорить с императором. Надеюсь, он списал мою настойчивость на желание выслужиться перед правителем, а не на что-то ещё. Не хотелось бы, чтобы заподозрил что-то и выдал меня.
За себя я мало переживала. А вот Тьен без меня как справится? Да и подозрения ко мне сразу бросят тень и на него. И так некоторые уже на нас странно поглядывают. Всё же для его мамы я слишком молодо выгляжу… Один раз даже слышала, как новые стражники обсуждали, что в таком возрасте у порядочных девушек детей точно не должно быть. Покраснела тогда, прошмыгнула мимо, низко опустив голову, но промолчала. Лучше пусть осуждают меня (сейчас не до сохранения репутации), чем не поверят, что поварёнок Йен – мой сын.
Сейчас уже, всё хорошо обдумав, я поняла, что нужно было сказать, что он сын моей почившей сестры или брат. Было бы куда достовернее, но тогда растерялась, а Тьен сориентировался, как смог. Поэтому ни о чём не жалела.
Пока же вставила ключ в замочную скважину, осторожно повернула дрожащими руками, оглянулась на своего провожатого и приоткрыла дверь внутрь. А ну как обманул меня и заманил в ловушку? Можно ли здесь верить хоть кому-то?
– Милорд? – позвала тихо и вскрикнула бы, когда кто-то изнутри схватил меня за запястье и увлёк в темноту камеры. Да только второй рукой мне зажали рот, лишая такой возможности.
Неужели меня всё же отправили к чужому?!
– Рамина? – ладонь на губах разжалась, а прямо передо мной блеснули такие знакомые янтарные мудрые и тёплые глаза. Голос прозвучал удивлённо и неверяще. Но так по родному…
Император был бледен как мел. Или мне так казалось в полутьме (из источников света здесь было только небольшое решетчатое оконце у самого потолка, в которое пробивались лучи то ли заходящего солнца, то ли уже появившейся луны). Он совершенно точно очень сильно похудел (видимо его и правда тут совсем не кормят! И это в то время, пока я круглосуточно пропадаю на кухне, готовя для всего замка…). На руках кандалы, прикованные к стене, над скулами синяки… Ужасно!
Сердце взорвалось болью за него. Разве возможно такое? Как несправедливо!
И прежде чем я успела подумать, уже прижалась щекой к его широкой груди, крепко обнимая. Сильные руки дрогнули на моей талии, а в следующее мгновение прижали крепче к его горячему, несмотря на прохладу камеры, телу, поглаживая по спине.
– Рами… – произнёс он успокаивающе.
Вышло тихо и немного хрипло. От этого что-то внутри меня отозвалось странным трепетом.
– Вы живы, – прошептала я, не имея возможности оторваться от него.
Век бы не отпускала!
– Как ты тут? – будто не слышал меня.
– Как Вы?
– Как Тьен? – мы спросили одновременно и замерли, глядя друг другу в глаза. Для этого мне пришлось сильно запрокинуть голову.
Но руки я так и не разжала, продолжая обнимать его и уже начиная краснеть от этого. Наверное, принцесса так себя вести не должна. Но отпустить его просто не получалось. Казалось, что прямо сейчас нет у меня ничего дороже вот этих объятий. Однако, я понимала, что он ужасно переживает за сына, и молчать, тратя драгоценное время, просто недопустимо.
