– Ты принесла книгу?
За спиной Нины с шипением сомкнулись двери автобуса. Она поправила лямку рюкзака и поверх плеча Кристины посмотрела на Соню, которая сидела на скамейке и перебирала пальцами кончик длинной рыжей косы.
– Книгу… – нетерпеливо повторила Кристина. – Принесла?
Нина перевела взгляд со скучающей Сони на беспокойно приплясывающую Кристинку и достала из рюкзака «Собор Парижской Богоматери».
– Аллилуйя! – Соня в благодарном жесте возвела руки к небу. – Эта неугомонная успела мне всю плешь проесть, а мы, между прочим, и десяти минут тебя не прождали.
Она поднялась со скамейки и подошла к подругам.
– С чего вдруг такой бешеный интерес к Гюго? – Нина с подозрением посмотрела на Кристину.
Соня, уже знавшая ответ, усмехнулась:
– Совет таинственного поклонника.
– Ты что, так и не выяснила, кто он?
Кристина поспешно убрала книгу в сумку и отрицательно махнула головой. Не сговариваясь, они втроем двинулись по тротуару вдоль старых одноэтажных домов, огороженных бревенчатым частоколом разных форм и размеров. Низенький голубой, высокий зеленый, широкий бордовый – многоцветье штакетников напоминало карандаши в пенале первоклассника. А за ними в палисадниках буйно цвели ромашки и маргаритки. Пчелы лениво жужжали в вязком, словно мед, летнем воздухе.
Девушки неторопливо шли по пустой улице. Ни пешеходов, ни машин, ни велосипедистов – весь район словно погрузился в липкий послеполуденный сон, совсем как разомлевший на солнышке кот.
– А вдруг он маньяк? – не унималась Нина. – Давайте его выследим?
– Я предлагала уже, – ответила вместо Кристины Соня. – Ни в какую не соглашается. Не убивайте, говорит, романтику.
Губы Кристины растянулись в довольной улыбке.
– А вдруг это наш физрук? – выдвинула очередное предположение Нина.
Кристина возмущенно уставилась на Соню, ожидая поддержки.
– А что ты на меня смотришь? – та дернула плечом, не желая брать на себя ответственность. – В этом вопросе я с Нинкой солидарна.
– Могли бы и поддержать по-дружески.
– Да, мысль о том, что мы оказались хорошими подругами и поддержали тебя в этой глупой авантюре, будет очень греть, когда найдут твой расчлененный труп, – парировала Нина.
Они втроем остановились у бледно-зеленых деревянных ворот. Нина нажала на кнопку звонка и поглядела на Кристину.
– Что он хоть тебе пишет?
– А не скажу теперь, – та картинно откинула с плеча копну угольных волос. – Вот найдут мой расчлененный труп, и будете жалеть, что даже не стали вникать.
Дверь распахнулась, являя взгляду одетую в застиранные бриджи и растянутую футболку Лилю.
– О чем речь? – она попыталась уловить суть разговора.
– О расчлененном трупе Кристинки, – пояснила Соня.
Лиля поглядела на Кристину и кивнула: понятно.
– Проходите, – она отступила назад, пропуская подруг во двор.
– Мы тебя что, от творческого процесса оторвали? – Соня скользнула взглядом по свежим пятнам краски на ее запястьях.
Лиля отмахнулась и закрыла скрипящую калитку.
– Так что там с Кристинкиным трупом?
– Эти двое меня заранее похоронили, – Кристина с готовностью принялась жаловаться, надеясь найти хотя бы одного союзника. – Говорят, что мой друг по переписке – маньяк.
– А ты что, делишься с ним личными данными?
– Он читает ее дневник, – напомнила Соня.
– Ну, там же не указан адрес и телефон? Не перечисляются места, где она предпочитает бродить ночами в одиночестве? – усмехнулась Лиля.
– Нет… – неуверенно проговорила Кристина и беспокойно закусила губу, что делала каждый раз, начав нервничать, отчего в особенно неспокойные времена губы ее покрывались мелкими кровоточащими ранками.
– Врешь! – Соня указала пальцем на Кристинин рот. – Ты что, клуша, еще и адрес ему выболтала? Совсем инстинкт самосохранения отсутствует?
– Да не называла я ему свой адрес! – принялась защищаться Кристина. – Мне кажется, он и так знает, где я живу…
– Что значит «кажется»? – перебила ее Нина. – Он знает, где ты живешь, или нет?
Кристина тяжело вздохнула и поглядела на Лилю, которая вместе с Ниной и Соней ждала ответ.
