Выйдя из подъезда дома няни Агаты, Нина посмотрела на наручные часы и решила прогуляться до «Пиратского фрегата» пешком. Дорога предстояла неблизкая, но радовала возможность провести пару часов в одиночестве, прежде чем переместиться из шумной компании няни в шумную компанию подруг. Она прошла вдоль забора, мстительно вдавливая ноги в асфальт, по которому когда-то ходила та, что забрала у нее сестру. Нина побродила по парку, посидела на лавочке у музыкальной школы, из открытых окон которой даже летом лилась музыка. Не забыла заглянуть в видеопрокат, чтобы взять двойняшкам пару кассет с мультфильмами, и все равно пришла в кафе на полчаса раньше. Все столики оказались заняты, и ей пришлось стоять на стреме около статуи Нептуна, дожидаясь, когда освободится хотя бы один.
Теперь она сидела, потягивая через соломинку лимонад «Буратино» из запотевшего бокала, и пыталась сфокусироваться на лежащем перед ней блокноте. Мысли не желали концентрироваться на безразличном им репортаже об открытии тематической детской площадки с любимыми героями «Союзмультфильма», и Нина бездумно выводила на бумаге подковы.
– Сонька не одобрит.
Нина оторвала взгляд от разрисованной страницы и уставилась на непонятно откуда взявшуюся Лилю. Та сидела напротив и тыкала пальцем на нечто за Нининой спиной:
– Статуя.
Нина обернулась и поглядела на скульптуру со сложенными в молитвенном жесте руками. Обломки крыльев подсказывали, что когда-то это был ангел. Сейчас же он представлял жалкое зрелище – щербатый и позеленевший, с остатками лишь одного крыла, черты лица, когда-то тщательно вылепленные скульптором, стерли время и вода. По слухам, это была одна из статуй затопленной деревни, которую вынесло на берег озера сильным подводным течением.
– Переживет, – Нина вновь повернулась к Лиле. – Тут сегодня аншлаг, ни одного свободного столика. Я этот-то полчаса караулила.
– Заказ сделала?
Нина отрицательно мотнула головой.
– У тебя все хорошо? – не выдержала Лиля. – Ты какая-то задумчивая последнее время. А это моя фишка – в облаках летать.
Нина слабо улыбнулась и захлопнула блокнот, заложив страницы ручкой.
– Работы много, на следующей неделе нужно три репортажа сдать в печать.
Лиля с минуту разглядывала уставшее лицо подруги:
– Как ты спишь?
Нина вздохнула, но решила признаться:
– Снится всякая ерунда.
– Например?
– Как будто я бегу по лесу за Альфом, пока он преследует нечто. Что за нечто, разглядеть не могу, оно постоянно ускользает, но я безумно боюсь. Потому что знаю наверняка – это нечто очень опасно и нам лучше прекратить погоню. Но Альф продолжает бежать, а я за ним. Остановиться страшно, а бежать еще страшнее. Но я бегу, бегу, а самой хочется вопить от ужаса.
Лиля слушала не перебивая.
– Еще часто снится, что мы с Элькой снова маленькие и играем в прятки в нашей старой детской. Я прижимаюсь лицом к стене и считаю, а она стоит за моей спиной и шепчет: «Так спрячусь, что никогда меня не найдешь». Я оборачиваюсь, а ее уже нет. Потом долго брожу по коридорам, больше похожим на лабиринты, но найти и правда не могу, – она устало потерла пальцами глаза. – Ни разу еще не нашла.
Лиля протянула руку и погладила указательный палец подруги своим: я здесь, я с тобой, ты не одна. Нина улыбнулась и впервые с момента встречи посмотрела Лиле прямо в глаза.
– Ты рассказываешь об этих снах психологу? Что он говорит?
– Что они символизируют потерю, которую я не могу принять. Что я должна отпустить Элю и научиться жить с мыслью, что она не вернется. Лишь когда я перестану ее ждать, моя кукуха встанет на место. Это не дословная цитата, – усмехнулась она, заметив удивленно изогнувшиеся брови подруги.
– А ты? Ты уже готова ее отпустить?
Нина отрицательно дернула головой.
– Значит, не будем пытаться вернуть кукуху на место насильно, да? Я, конечно, в психологии ни в зуб ногой, но даже я понимаю, что любой ране нужно время, чтобы затянуться, неважно, физическая она или душевная. – Лиля подождала, пока прозрачные глаза Нины вновь сфокусируются на ней. – Думаешь, она вернется?
– Я не могу ответить на этот вопрос. Скажу «да» – совру, скажу «нет» – предам Элю.
– Вы что, издеваетесь?
Девушки вздрогнули и уставились на воинственно нависшую над столиком Соню, рядом с которой топталась испуганная Кристинка.
– Другого места найти не могли? – возмущенно поинтересовалась Соня, не отрывая полного ненависти взгляда от ангела за Нининой спиной.
– Не могли, – ответила та. – Все занято.
– Я не буду здесь сидеть.
– Ну а что ты предлагаешь? Тех дуболомов с нашего любимого места выгнать? – Нина махнула рукой на компанию из семи бритых парней, гоготавших за дальним столиком в углу.
Соня разглядывала ребят с минуту, будто и в правду взвешивала риски, и вновь повернулась к подругам:
– Чур, я рядом с Лилькой сижу. Не хочу к этому уроду спиной поворачиваться, – она выразительно поежилась.
Кристина с готовностью устроилась на стуле рядом с Ниной.
– Что мы пропустили? – Соня уселась за стол, не переставая бодаться взглядом со статуей.
