— Во-первых, я понятия не имею, о ком идет речь. Во-вторых, ребенка мне подкинули в офис фирмы. С запиской: «Сабитов, это твой ребенок!». Все. Больше ничего! Дальнейшее я выяснил сам, путем генетической экспертизы, которая показала, что девочка — моя сестренка. Представь, каким было мое удивление!
— Даже представлять не желаю! — отрезала мама. — Я знаю одно: этому ребенку не место в нашем доме!
— Я бы хотел поговорить с отцом.
— Думаешь, он скажет тебе что-то другое? Его ответ будет таким же. Убери ребенка долой с наших глаз. Мурат не воспринимает ребенка как своего. Случайная измена Мурата — это невольная ошибка, которую мы давно и благополучно пережили.
— Как выясняется, у этой ошибки есть последствия. Девочка! — я начал закипать. — Как зовут мать малышки? Мама, скажи, как зовут мать девочки… Я хотя бы должен выяснить, есть ли у девочки документы, сколько точно ей месяцев… Я могу выяснить это и сам, просто прикажу частному детективу порыться в личных делах всех бывших сотрудниц. Для меня найдут ту самую, но не факт, что это будет сделано тихо! Не факт, что фамилия Сабитовых не всплывет ни разу.
— Алла. Алла Громыхина, — сквозь зубы ответила мама. — Можешь написать на нее заявление в полицию, что она бросила ребенка. Пусть мошенницу упекут за решетку!
— Хороший совет, а ты не подумала, что в таком случае будет с малышкой?
— Девочка окажется там, где оказываются никому ненужные и брошенные детишки — в доме малюток. Жертвы безалаберных мамаш!
— Это жестоко…
— Это справедливо. Я рассказала тебе все, а теперь, будь добр, избавь наш с Муратом дом от присутствия нежеланного ребенка!
— Алла Громыхина, значит. Хорошо! — я скрипнул зубами и поднялся. — Я все-таки поговорю с отцом позднее, чтобы услышать и его версию.
Мама собралась что-то ответить, но ее прервал звук упавшего предмета.
— Если эта маленькая негодяйка что-то испортила…
— Ты говоришь о маленьком ребенке, мама! Эта чудесная малышка ни в чем перед тобой не виновата. Хватит переносить на нее свою ненависть к женщине, которая принесла раздор в ваши отношения с отцом! — отрезал я и вышел резким шагом.
При моем появлении Аня обернулась с извиняющейся улыбкой:
— Это всего лишь упал стул. Дарина хотела немного походить и зацепилась за стул неаккуратно.
— Она не пострадала? — забеспокоился я.
— Нет-нет, с ней все в порядке, я была рядом и словила Дарину. Стул в полном порядке, он не сломан! — поспешно добавила Аня.
— Это хорошо, — кивнул я и наклонился за Дариной, сидящей на полу.
Девочка увлеченно дергала длинный ворс белого ковра.
— Давай мы с тобой прогуляемся? — предложил я, подхватив девочку на руки.
Я обнял Дарину, прижал ее к себе и двинулся в сторону выхода.
Внутри бушевал настоящий ураган из возмущения, жалости, обиды, негодования и боли. Но теперь было понятно, почему малышка мне понравилась. Почти сразу же. Я даже сам себе не хотел признаваться в этом, однако мои действия были красноречивее всех слов и мыслей. Я не стал избавляться от девочки, даже в полицию сразу не заявил. Тогда я не понимал, почему, не мог дать логического объяснения своим поступкам, но сейчас вдруг понял, что во мне говорили родственные нотки, душой я признал Дарину раньше, чем осознал это и выяснил причины такой тяги.
— Эмин, — позвала меня мама. — Что ты собираешься делать с этой девочкой?
— Что бы я ни сделал, мама, вам не о чем беспокоиться. Это не затронет ВАШ дом. — Аня, мы закончили. Уходим!
Аня
Всю дорогу до своего дома Сабитов сохранял гнетущее молчание. Я тоже не осмеливалась сказать что-то в моменты, когда лицо мужчины было словно высеченным из темного камня. Одна только Дарина не разделяла ни моих опасений, ни плохого настроения Эмина. Она играла вовсю, агукала, пускала слюни пузырями и была очень этому рада. Я полезла за новыми салфетками в сумочку и упустила малышку из вида на некоторое время, а она в это время выскользнула из детского автокресла и полезла на колени к Эмину, который находился по правую сторону от нее.
— Извините, сейчас я ее заберу. Я не стала туго затягивать ремешки! — забеспокоилась я.
Однако Эмин отмахнулся от меня, усадил девочку к себе на бедра и провел щекой по ее пушистым волосикам:
— Что же мне с тобой делать?
Я замерла и неожиданно для себя выпалила:
— Если не хотите оставлять ее у себя, и если девочка не нужна родителям, может быть, подсобите мне с удочерением?
Эмин немедленно повернул голову в мою сторону. Его лицо просветлело, а складки на лбу разгладились. Он внимательно посмотрел на меня, спросив с удивлением:
— Наверное, я ослышался? Ты просишь помочь с удочерением Дарины?! Тебе?! Откуда такие мысли? — крепче прижал к себе девочку.
— Оттуда. Из вашего разговора с мамой.
— Подслушивала?
— Очень надо! У вашей мамы хорошо поставленный голос, было слышно все. Если девочка не нужна вашей семье, необязательно оставлять ее в доме малютки. Я готова забрать Дарину, только у меня не хватит связей, чтобы оформить все, а с вашими деньгами и связями придется сделать всего один или два звоночка. Может быть, подмазать немного, и…
