Спустя полчаса мы сидели на террасе и ужинали, хотя время было уже как раз для завтрака. Я принес плед из дома, усадил Ангелину к себе на колени и накрыв ее тело, крепко обнял, думая о том, что завтра снова продолжу поиски донора для Никиты. Я попросил всех своих сотрудников на работе сдать кровь, обращался в благотворительные организации и всевозможные фонды помощи. Все свободное время занимался поиском и не терял надежду. Для пересадки его костный мозг уничтожат химическими препаратами, а на его место пересадят костный мозг донора. Но только где его найти? Сколько времени еще продержится Ник прежде чем ему проведут эту операцию?
- Кажется, мы встретим здесь рассвет… - тихо произнесла Ангелина, смотря куда-то вдаль.
- Да, возможно, - отозвался я. - Сна ни в одном глазу.
Я вдруг услышал мелодию входящего звонка на телефон из гостиной. Каждый раз, когда мне звонили, ощущал, как замирало сердце в груди, потому что боялся плохих новостей из клиники. На чудо, увы, не приходилось надеяться.
- Андрей Владимирович... - услышал в динамике голос лечащего врача Никиты, а в горле образовался огромный ком. - Мы нашли донора для вашего сына. Из Израиля. Только состояние мальчика... Его транспортировать нельзя. Обещать, что все пройдет хорошо и он справится с такой нагрузкой, я тоже не могу. Я всего лишь врач, а не бог, но… это ваш с ним последний шанс.
Не знаю, что ощутил в этот момент. Радость? Смятение? Страх? Мое сердце буквально зажали в тиски и я не сразу смог сделать полноценный вдох.
- Андрей Владимирович? - на несколько секунд наступила тишина, пока я осмысливал его слова.
- Я сделаю все, что от меня нужно. Говорите.
- В ваших возможностях устроить донору перелет и проживание в России? Это будет стоить больших денег. Очень больших. Но даже если мы сейчас стабилизируем состояние Никиты, выведем его из медикаментозного сна и подготовим к пересадке, я не гарантирую благоприятного результата...
- Вы повторяетесь, - хмуро заметил я, но при этом ощущал внутри, как затеплился луч надежды.
- Никита сейчас находится между жизнью и смертью. Все зависит от его организма, справится ли он с нагрузкой или нет. Будет ли отторжение донорского материала или он приживется...
- Я подъеду через два часа, - поднял руку вверх, взглянув на часы. - Я готов заплатить любые деньги, привезти хоть дьявола из преисподней, но только поставьте его на ноги.
- Жду, - коротко ответил врач.
Я повернулся к Ангелине и заметил, что она вся дрожит и смотрит на меня большими глазами. Мне самому с трудом верилось в случившееся. Это было похоже на чудо. Я столько сил положил на поиски!
- Ведь это звонили из клиники? Для Никиты нашли донора? - я кивнул и подошел к ней.
Крепко обнял, зарываясь в ее волосы носом. Глубоко втянул в себя их аромат и впервые за долгое время почувствовал себя единым целым с той, которая однажды сама пришла ко мне в офис и, кажется, не собиралась меня больше покидать. Еще секунда и мой рот жадно впился в ее приоткрытые томные губы. Ангелина ахнула и поддалась мне навстречу, страстно отвечая на мой поцелуй.
- Поезжай, - мягко и волнительно сказала она. - А я останусь тебя ждать. Ты ведь вернешься? Ты теперь больше не уйдешь?
- Нет, - серьезно ответил, и нежным движением руки провел по ее щеке. - Больше не уйду.
47
Ангелина
- Ангелина, один малыш по-прежнему отстает в развитии, - констатировала Ирина Сергеевна, а я поджала губы и посмотрела на монитор невидящим взглядом.
Так мне было страшно, если хоть с одним из них что-то случится… Мне и без того переживаний хватало. Ведь должно же быть хоть какое-то просветление за последнее время? Я ведь не железная, а моей веры, что все будет хорошо с Ником и с детьми в моем животе, с каждым днем становилось все меньше и меньше.
Врач поднялся на ноги и отошел от аппарата ультразвукового исследования.
- Да, так бывает. Поэтому я предупреждала тебя, что подсаживать двоих - большой риск. Будем наблюдаться. Как Никита? - спросила Ирина Сергеевна.
- Ему нашли донора. Сейчас готовят к операции… Это может быть из-за моих переживаний по этому поводу?
Я словно завороженная смотрела на монитор, где сохранилось изображение моих малышей. Ракурс был таким, что они походили на настоящих человечков. Только очень-очень маленьких.
- Да, может, но вы втроем в надежных руках. И не такие беременности вынашивали. А многоплодная - это всегда риск. Главное не накручивай себя. Когда у него операция? К нему ведь сейчас не пускают? - я покачала головой.
- Через десять дней, - тихо ответила я.
- Тогда следующий визит назначу… - задумалась она. - Через две недели. Все будет хорошо, Ангелина. Не переживай. А за Никиту мы всем персоналом будем держать кулачки.
- Спасибо, - я вышла из кабинета врача.
