- Да, ты права, - растерев лицо ладонью, проговорил Стас. - Сейчас нужно думать только об Алехе… Ну и о нашем с тобой сыне, - быстро поправился он.
Вета улыбнулась и кивнула. Любовные отношения с мужем у нее завершились, но им на смену пришло нечто гораздо большее, чем можно было пожелать - искренняя дружба.
- Как он? Ты вчера так и не позвонил, чтобы рассказать, - спросила она.
- О, растет… Врачи говорят, что могут быть проблемы со зрением и слухом… и еще с рядом функций организма. Но он выкарабкается. Сын сильный.
В это Вета верила тоже, и если бы Господь решил, что малыш, настолько выстраданный и пострадавший, тоже должен отправиться на небеса, у нее к такому решению свыше было бы очень много вопросов.
- Отличные новости, - кивнула она и поправила сама себя: - Я про то, что твой сын выдержит. А остальное… сейчас медицина не стоит на месте. Все можно исправить.
Она взглянула на часы. Ее ждали с ночевкой совсем в другом месте, потому сегодня она договорилась со Стасом, что тот побудет с их сыном, а завтра с утра Вета вернется и отпустит его в больницу к Алексею.
- Беги, вижу, что пора, - проговорил Станислав, встав из-за стола и начав сгружать в раковину посуду после ужина.
- Ага, побежала, - ответила Вета и, обернувшись на выходе из кухни, заверила: - Все будет хорошо. Все решится так, как нужно.
После чего ушла, оставив бывшего мужа задумчиво смотреть ей вслед.
*
- Он просто скинул адрес и все!
Я была настолько возмущена, раздосадована и даже испугана, что Милена, которая везла меня по расхлябанной дороге, уже, наверное, сто раз пожалела о том, что вообще вызвалась доставить нас обеих в это захолустье.
И вот мы тащимся по очередной дороге, которая петляет в темноте, совершенно растерянные и ничего не понимающие.
А началось все с того, что я приняла однозначное решение уехать к морю. Не получив никаких вестей от Ильи, собрала рюкзак, кое-какие сбережения и гордо удалилась в сторону аэропорта. Даже добралась до места назначения, где сняла небольшую квартирку посуточно и в какой-то мере сумела убедить себя в том, что мне там будет просто прекрасно.
Так прошло ровно два дня, по окончании которых я начала изводиться. От мыслей о Ковалеве и том, как ужасно я с ним поступила, меня выворачивало наизнанку. А еще я не сразу, но все же призналась себе, что жутко по нему скучаю… И дернул же меня черт выдумывать какие-то поездки и побеги! Ведь как показала практика, я очень привязана к родному городу, к людям, которые там остались… Ну, или не остались.
Потому, выждав еще день, я просто написала Илье - «Куда ты пропал? Может, увидимся?»
В моих планах все было просто - или он прилетит ко мне и мы проведем несколько дней на море. Или я сама к нему приеду, где бы он ни был. Однако ответ меня порядком озадачил и даже напугал:
«Мы с Бураном на границе», - написал Ковалев, а дальше был указан адрес. И я, ни капли не раздумывая, взяла билеты на обратный рейс, всполошила Милену и вот теперь мы тряслись по ухабам в поисках этой чертовой «границы». Которая на деле оказалась дальним поселком в области.
- Если в ближайшее время мы не доедем, я вызываю спасателей! - истерично выкрикнула я, и тут же показались огоньки.
- О! Вон какие-то дома, - воодушевилась подруга, и мы синхронно выдохнули с облегчением.
Даже если там не окажется адреса, который мне скинул Илья, мы хотя бы просто попросим показать, куда нам ехать, чтобы вернуться в город. Конечно, можно было уточнить это у Ковалева, но вот незадача - он просто не брал трубку!
- Кажется, это здесь, - сказала Милка, когда припарковалась у ветхого заборчика.
- Это? Ты про что? - нахмурилась я, сверяясь с табличкой на доме. - А! Там, где может быть Илья?
Сердце мое заколотилось, а вот эмоции в противовес тому, какой трепет пронесся по телу, были прямо противоположными. Потому что я дико разозлилась!
Пулей вылетев из машины, я распахнула калитку, пронеслась вихрем к жилищу и стала барабанить в дверь. По ту сторону тут же раздался лай Бурана, от чего и эмоции стали бушевать еще сильнее, и желание треснуть Илью возросло.
Наконец, Ковалев появился на пороге. Заспанный и удивленный. Он сначала приподнял брови, потом растянул губы в улыбке, которую поспешно спрятал.
- Снишься? - уточнил он с такой уверенностью в том, что я ему попросту привиделась, что я не сдержалась и нервно рассмеялась.
Пока Буран крутился вокруг моих ног, едва с них меня не сбивая, я задумчиво протянула:
- Да, снюсь. А сейчас развернусь, уеду, - кивнула я на машину Милены, - а утром ты будешь гадать - то ли и вправду приснилась, то ли ты дурак!
Дожидаться и дальше моих словоизлияний Илья не стал - просто схватил меня в медвежьи объятия и прижал к себе.
И я, решив приберечь на потом все то, что просилось наружу, притянула его еще ближе, и так мы простояли, ни слова не говоря, пока позади не послышался жалобный голос Милки:
- Мне ехать, или что? И если не ехать, то хоть пустите погреться?