Катарина давно и безответно влюблена в своего начальника, комиссара полиции. И вот ей выпадает шанс на время занять место его жены. Только романтикой здесь и не пахнет, за Катариной охотится главарь одной из местных банд, опаснее которого только дети комиссара. Что это? Шанс проявить себя примерной матерью семейства или отказаться от выдуманных чувств и обрести настоящую любовь?
Если существовал в мире абсолютно и непогрешимо идеальный мужчина, то звали его Леонард Антонио Дэвис. Высокий, широкоплечий, светловолосый и потрясающе красивый комиссар полиции. Катарина была безнадежно влюблена в него уже больше десяти лет, с того самого момента, когда этот прекраснейший из мужчин легко и непринужденно поймал руль ее велосипеда за мгновение до того, как тот влетел в бок полицейского катера.
В ту счастливую и беззаботную пору Катарине едва исполнилось четырнадцать и она больше походила на нескладного длиннолапого щенка гончей и думать не смела о том, чтобы завязать разговор с Леонардом. Тот находился на невероятной, недосягаемой для нее высоте: твердой рукой поддерживал правопорядок в их Сан-Игнасио, сделав карьеру от простого сержанта до комиссара и начальника полицейского участка. А ещё, оказывается, был женат на невозможной Джессике, тем самым ещё сильнее отдалившись от Катарины.
– ...Ортега! Ортега, соберись и шагай к Джобсу и Гарсии! – комиссар прикрикнул на нее и указал рукoй на окoлачивающихся возле бронированного катера коллег. - И шлем надень, нашла место и время красоваться! Думаешь, дыра во лбу подойдет к твоему ламинированному омбре?
Пожалуй, в такие моменты шеф становился чуть менее прекрасным. Катарина вздохнула, спрятала под шлемом вьющиеся волосы, покрашенные по специальной технологии: естественный темный цвет у корней и чуть более светлые с розоватым оттенком на кончиках, и поплелась к коллегам. И стоило так тратиться на прическу, если та стала объектом постоянных шуток? Вопрос риторический, но от того не менее занимательный. Как и тот, когда же этим придуркам надоест спрашивать о ее личной жизни.
– Ортега, ты бы свалила замуж, и дала нам нормально работать.
– Да, надоело постоянно прикрывать тебя.
– Только после вас, девочки!
Катарина выдала порцию тычков Гарсии и Джобсу и ещё раз проверила своего “скорпиона”. Стреляла эта штука будь здоров, но сбоила от любого чиха. Более примитивный и компактный “шмель” в разы лучше, но с таким бессмысленно выходить в трущобы. У половины банд есть свои боевые дроны или экзоскелеты, чтобы сбить такой нужно стрелять точно по узлам. Катарина умела, а балбесы вроде Гарсии – нет. Потому и вооружали всех “скорпами” – в том главное соблюсти направление, а не палить точно в цель. “Шмелей” и “гнусов” можно было брать только как дополнительное вооружение. У Катарины было и одно, и другое, и даже карманный шокер, а ещё – снайперский “ястреб” в катере, с которым и вовсе не мог сладить никто в отделе. Но замуж все равно нужно было свалить именно ей, а не кому-то из парней, часть из которых зачёт по стрельбе сдавала только по дружбе с инструктором и за ящик пива.
Сегодня им предстоял рейд по трущобам. Все как обычно: прочесать окраинные высотки, поймать нелегалов и выдворить их в лагерь на орбите. Сан-Игнасио даже здесь отличался от прочих городов планеты: его трущобы – не низкие лачуги, построенные из мусора, а добротные высотки, уцелевшие после орбитального удара, уничтожившего один из космопортов и большую часть новостроек. Мирное население успели эвакуировать, но вернуться в свои дома они уже не смогли: за время боевых действий высотки захватили местные банды и беженцы с других планет, всеми правдами и неправдами прорывающиеся на Лусию.
– Выступаем на счет “три”! – скомандовал комиссар и вышел вперёд.
Катарина в последний раз осмотрела оружие, включила приводы облегченного экзоскелета и двинулась вперед. Документы у местных проверяли таможенники, они с коллегами только выступали гарантией, что тех не прибьют на первых же метpах чужой территории.
Официально жилыми считались всего пятьдесят домов на самой окраине бывшего Ий-Γнаса, дальше начиналась запретная зона, сплошь напичканная минами, спящими дронами империи и Федерации, баллонами с газом и прочими прелестями. Бои давно отгремели и перенеслись на другие планеты, оставив на Лусии несколько разрушенных городов, напоминавших минное поле. И в эти трущобы, куда не совалась ни армия, ни полиция, и стремились эмигранты. Официально их страна принимала не больше двух сотен беженцев в месяц, неофициально их прибывало по нескольку тысяч. Непосильно много для такого крохотного и небогатого государства. Потому и проводились рейды: нелегалов вычисляли и депортировали с планеты в специальный отстойник. Если ловили, конечно.
Катарина сняла "скорпа" с предохранителя и понеслась вперёд, вслед за таможенником. Рутинное, казалось бы, дело, но после такого можно домой и не вернуться. А она обещала маме быть к ужину. И святая Элена свидетельница, маму лучше не подводить.
