– Кто с вами разговаривал? – полюбопытствовала я.
– Адвокат, – коротко ответила директриса, – фамилия у него самая обычная… Николаев… Кузнецов… зовут Александр Николаевич, он мне свой телефон оставил.
– А теперь дайте и нам этот номер, – заявил Костин.
– Сейчас поищу его визитку, – пообещала Анна Ивановна.
Когда беседа закончилась, Махонин объявил:
– Никита завершил обучение в колледже и получил диплом. Во время учебы он уже работал в крупном издательском холдинге и отлично себя зарекомендовал. После того, как парень окончил вуз, ему предложили иллюстрировать очередную детскую книгу. Текст автора не привел в восторг читателей, а вот картинки очаровали всех. Никита сразу получил еще один заказ. Его отъезд в Москву никак не повлиял на карьеру художника. Недавно в Англии вышел новый том с иллюстрациями Ракитина. И почему я сразу не посмотрел его зарубежную жизнь? Так облажался! Как мог не обратить внимание на год его рождения!
– Вы узнали, что Ракитин вернулся в Москву, – загудел Валерий, – поскольку он учится в колледже, посчитали его восемнадцатилетним. То, что происходило в Великобритании, показалось вам незначительным. Я бы тоже не стал интересоваться жизнью Никиты в Англии. Зачем? В подвал они с Алисой попали в России.
– Я идиот, – не мог успокоиться Николаша.
– Не ошибается тот, кто не работает, – стал утешать его Энтин.
– Косяк у любого случиться может, – подхватил Костин.
– Про себя я лучше помолчу, сколько раз впросак попадала! – вздохнула я.
– Человек, который стирал информацию о Ракитине в сети, славно поработал, – заявил Махонин, – но кое-куда не добрался! Я кретин, воспользовался сведениями, которые плавали на поверхности, не полез вглубь. Все мне казалось ясным. А сейчас нырнул поглубже. В Россию парень вернулся с загранпаспортом на свою фамилию и с правильной датой рождения. А при поступлении в колледж показал российский паспорт, но цифры были уже другие. На него зарегистрирован один мобильный номер, но он постоянно находится вне зоны действия сети. Телефон Алисы тоже отключен. И наконец-то мне ответила Антонина Николаевна, сестра Ирины Голкиной. Я уже отчаялся услышать ее голос. Антонина согласна поговорить сегодня вечером. Лампа, ее контакт и адрес ресторана я тебе скинул.
– Хорошо, – кивнула я.
– Константин Львович, позвоните, пожалуйста, мастеру Евгению, который регулярно чинит машину Ирины Николаевны, – сказал Костин, – попросите его заняться своим автомобилем и поговорите с ним. В зависимости от результата вашего общения мы поймем, надо ли Лампе еще раз пообщаться с Кочетковой.
– Лампудель, на твой телефон сообщение прилетело, – подсказал мне Николаша.
Я взглянула на экран и вскочила.
– Простите, что-то случилось. Я получил эсэмэс от Кисы: «Тебя срочно вызывает училка».
– Если девочка отправила сообщение, значит, она жива и вполне здорова, – заметил Валерий, – скорей всего, она нашалила, вот педагог и вызывает мать. Не волнуйтесь, вот когда из больницы беспокоят, тогда…
– Тогда тем более не стоит терять голову, – перебил его Костин. – Лампуша, рыси в школу, потом позвони и сообщи, кого Киса гвоздями к доске прибила или в унитазе утопила.
В комнате, где должна была находиться Елена Васильевна, классная руководительница Кисы, сидел молодой мужчина.
– Добрый день, – поздоровалась я, – если не ошибаюсь, то тут вроде должна присутствовать педагог Касьянова.
– Точно, – кивнул незнакомец. – Вас тоже вызвали?
– Да, – вздохнула я.
– Знаете, в чем дело? – спросил незнакомец, потом улыбнулся. – Наверное, наши подрались! Сломали стул или стол. Вы мать кого?
– Арины Вульф, меня зовут Евлампия, – представилась я.
Собеседник рассмеялся.
– Правда?
– Стопроцентная, – заверила я, – могу показать паспорт. Имя у меня очень редкое, труднопроизносимое, все его коверкают, поэтому я отзываюсь на Лампу.
– Вонифатий, – вдруг произнес мужик, – это я! Отлично вас понимаю. Назван в честь дедушки. И почти все норовят обратиться ко мне Бонифаций. Скорей всего вы тоже мультик про льва смотрели. Вашу Евлампию можно сократить очень мило – Лампа, а с Вонифатием беда. Воня? Как-то не очень, да?
Я боролась со смехом и молча кивнула.
– Нифат? – продолжал собеседник. – Фатий? Куда ни кинь, везде засада! Поэтому я спокойно реагирую на Боню. Может, вы не в тот класс зашли? В нашем вроде нет Арины Вульф.
– А Киса вам знакома? – поинтересовалась я.
– Конечно, – обрадовался Вонифатий, – она спаситель моего Ваньки, решает сразу два варианта контрольных: его и свой.
– Вы отец Ильина, – сообразила я, – Кисуля про него часто рассказывает. Хороший мальчик, много читает.
– Это да, – согласился отец, – от книжек его не оторвать. Но он предпочитает не ту литературу, что в школе рекомендуют, а «Три мушкетера», «Граф Монте-Кристо». Интересно, что они натворили?
И тут в класс вошла Елена Васильевна во всей красе своих ста килограммов.
– Добрый день, господа родители, – произнесла она таким тоном, что мне захотелось сползти под парту и затаиться там.
– Разговор у нас будет трудный, – продолжала классная руководительница, – сложный. Печальный!
