Прапорщик тогда благоразумно промолчал, своим молчанием поддержав возмущение майора. Однако мысленную зарубку всё же сделал: тут и без списания можно будет поживиться. Вот только как выйти на нужного ему покупателя? Что и по какой цене ему удастся загнать?
У местных и своего оружия сейчас навалом. В СССР не повезёшь… Ведь если и довезёшь, то это уже совсем другой расклад выйдет. Да и как оно там всё сложится, ещё никому не известно. Вдруг боком ему же и обернётся?
А тут ещё слушок прошёл, что тех, кого уже вывезли в СССР, чуть ли не в голом поле размещают. Ни казарм, ни новых частей построить пока не успели. Солдат в палатки, а склад устраивают прямо на земле под открытым небом. Вкопали столбы, обтянули их колючей проволокой и сложили штабелями ящики: нехай ржавеют.
Может, начальство хоть на брезент расщедрится? Тогда всё будет с одной стороны вроде бы лучше, а с другой намного хуже. Влага-то — она везде пробьётся. А как личный состав будет жить, вообще не интересно никому. Служи дурачок — получишь значок, а не зарплату и хату. Поэтому и наплевать ему на склад, впору о семье позаботиться.
У него ведь трое детей, да жинка дура-дурой. Но, хоть и дура, а пожрать-то любит, да и дети тоже. Вот только зарплата у него не ахти какая по нынешним-то ценам.
Накатила тоска, и Остап Семиухватенко смачно выругался, помянув и Мишку Меченного, и всех его родственников. Раису Максимовну он помянул особо, поимев на словах во всех позах и во все места. Аж сам возбудился от собственных мыслей. Мдя…
Наконец, поток сквернословия закончился, и застывшие, внимательно слушавшие его горячие пожелания солдаты снова зашевелились, медленно растаскивая ящики по своим местам. Им до проблем прапорщика было как до Китая пешком! Солдат спит, а служба идёт! К тому же здесь служилось намного легче, чем где-нибудь на Кушке или на флоте.
В общем, в мозг украинца неустанно била одна и та же мысль: надо всё продать и много чего купить. Купить, естественно, желательно машину. Лучше, конечно, мерседес или ауди. Но было бы хорошо наскрести хотя б на опель.
Впрочем, опель опелю рознь. Вот опель-кадет — это же просто сказка! Иномарка, что ты! В Союзе, у кого машина, тот король. Все бабы его будут! Правда, трое детей тянули в сторону от слабого пола. Однако Остап к слабакам себя вовсе не причислял, искореняя и преодолевая эту тягу со страшной силой.
Окончательно утвердившись во мнении, что деньги ему нужны больше, чем воздух, Семиухватенко начал искать клиентов. Сначала осторожно, потом всё больше наглея и наглея. Чем ближе придвигался час вывода ограниченного контингента, тем больше появлялось у него возможностей.
Клиенты вскоре нарисовались, но больше из мира уголовного, чем мира больших денег. Так, пару пистолетов продал, да патронов к ним. Винтовки старые тоже ушли. Мосинки-то, оказывается, за бугром раритет! И покупали их не сколько в личное пользование, сколько для коллекционирования. Один покупатель даже из Штатов попался.
Всё это, конечно, замечательно, но аппетит, как всем известно, приходит во время еды. Да и выручил Остап совсем немного: только и хватило, жену приодеть да детей. Ну, и любовнице чуток перепало. А вот на автомобиль было ещё копить и копить… Его это кардинальным образом не устраивало, и прапорщик продолжал искать денежных клиентов.
В один из дней Остап решил разориться и зайти в местную пивную, промочить, так сказать, горло. За годы, проведённые в Германии, он уже привык к хорошему разливному пиву. Не такому, как в СССР, а намного лучше. Да и не разбавляли его. Всё, чин-чинарём. Баварское не по названию, а по сути. Такого в Союзе не достать! Хотя, иногда и своё неплохо делали. Его знакомые с самого пивзавода носили. Несуны, блин!
Войдя в пивной бар (или в так называемую кнайпу), он сразу окунулся в мир пивного запаха и сопутствующих ему атрибутов. Помимо хмельно-солодового запаха пива здесь очень ароматно пахло жареными колбасками и тушёной капустой, но закуски были для него уже роскошью.
Заказав себе пива, суровый прапорщик уселся за один из столиков и замер в томительном ожидании. Клиентов в полупустом зале сегодня почти не было, и Остапа никто не беспокоил. Лишь бармен, неспешно нацедив кружку пенного напитка, принёс её клиенту. Остап тут же жадно примкнул устами к кружке и большими глотками стал хлебать пиво, не обращая внимания, как по его вислым усам стекает на стол пена.
Попутно прапорщику невольно вспомнился старый анекдот.
— За распитием пива Мюллер решил быстро подловить нетрезвого Штирлица и спрашивает:
— Скажите, Штирлиц, а какой Ваш любимый фильм?
«Волга-Волга», — чуть было не ответил Штирлиц. Однако вовремя опомнился и сказал:
— «Фольксваген-Фольксваген»!
Семиухватенко хмыкнул в мокрые усы, невольно сдунув повисшие на них небольшие хлопья пены. Хороший анекдот, но жрать-то хочется. Так, и что тут есть на закусь? Гм, в прейскуранте были и солёный крендельки, и разнообразные сосиски с колбасками, значились даже рулька с рёбрышками…
