Сундуков. Понятно. Муж весь в делах, а ты одна. А я вот тоже остался один… С первой женой я промучился семь лет, неплохая была девушка, рослая красивая блондинка. Когда познакомились, я был студентом, учился в «СТАНКИНе», она в медицинском – на хирурга, ручищи, как у мужика. До свадьбы долго дружили, вместе не спали, только гуляли. Ровесниками были, после окончания института поженились… Но в первую же ночь после свадьбы понял, что не смогу удовлетворить ее физически… Семь потов сошло, а она лежит себе, хоть бы что, ни рыба ни мясо, (залпом выпивает стаканчик водки, наливает еще…) ни тпру, ни ну. (Выпивает следующий.)
Елочка (разгрызая жесткий шашлык, запивая горькой «Балтикой», постепенно пьянеет). Как же это понимать?
Сундуков. А вот так и понимать: за все семь лет она ни разу не испытала со мной оргазма.
Елочка. Не испытала? Ну и как же все разрешилось?
Сундуков. В один прекрасный день на дне рождения подружки она понравилась ее ухажеру и увела его. Потом поставила меня перед фактом, что ей с ним было хорошо. Ей-то хорошо, зато мне стало паршиво. Ну да это в прошлом. (Выпивает еще стаканчик.) Вторая жена появилась у меня нескоро. Когда мы познакомились, у нее уже был сын. Мы расписались, когда она была беременна моей дочкой.
Елочка. Так у вас есть дочь?
Сундуков. Да, Мариночка. Она тоже работает у меня.
Елочка (удивленно). Тоже бумагу развозит?
Сундуков. Нет, она ведет архив.
Елочка. У вас и архив есть?
Сундуков. Ну, вроде как бы… Я хотел приобщить ее к бухгалтерии, куда там. И на курсах платных занималась, и просто подсаживал к бухгалтеру. Все бесполезно. (Закуривает сигарету с ментолом, колечками пускает дым, пристально смотрит на Елочку.) Вот и приходится платить бухгалтерше, некогда мне бухгалтерией-то заниматься. Уже третью сменил, никак не срабатываемся. Может, и ты бы у меня попробовала приобщиться?
Елочка. А что же вас в бухгалтершах не устраивало?
Сундуков. Понимаешь, я требую честный баланс, а они, дармоедки, халтурят.
Елочка. Честный – это что-то новенькое. Значит, вы разбираетесь в бухгалтерии, знаете компьютерные программы?
Сундуков. Да не то чтобы очень, но я отдаю готовый баланс с приложениями моему старому приятелю Феликсу, у него тоже малое предприятие. Он показывает своему бухгалтеру, и, если что не сходится, вопрос решен, увольняю без объяснений.
Елочка. Так ведь другой бухгалтер не знает ваших дел? Может быть, он у вас и поработал бы более эффективно, а не только работу над ошибками правил?
Сундуков. Бухгалтер Феликса мне не по карману. Пусть проверяет, все должно сходиться, и баста! (Стучит кулаком по столу.)
Елочка (раскрасневшись, с трудом разгрызая жесткий шашлык). Да нелегко вашим бухгалтершам. (Чувствуется, что Сундуков раздражен, все больше мрачнеет. Елочка пытается перевести разговор на другую тему.) Дмитрий Павлович, а вы семейный человек?
Сундуков. Вторая жена стервой оказалась. Певичкой была, в хоре Пятницкого пела, часто на гастроли ездила, любила погулять. Я не сразу это понял, да люди стали говорить, что, мол, видели там-то с тем-то. Однажды собрала чемодан да и ушла жить к армянину. Правда, потом вернулась. Я простил, через себя переступил, ради сохранения семьи. Мне пришлось отвозить чемодан его подарков ей. Но после этого жизнь никак не ладилась. Мол, бедно живем, вот и пришлось идти подрабатывать сантехником.
Елочка. Вам много пришлось пережить… (Отпивает глоток пива, морщится.) Так вы еще и сантехником работали?
Сундуков. Мы жили тогда в коммуналке, две комнаты занимали в Большом Козицком переулке, недалеко от Патриарших прудов. А вот ДЭЗ наш номер шестнадцать находился на улице Остужева. Приходилось сантехнику ремонтировать у известных артистов. В мой участок входил дом, где жил Плятт. А вот к Инне Гулая, что жила на улице Остужева в трехэтажном доме, квартира три, никто из сантехников ходить не хотел, с нее нечего было взять – бедно жила. Я ремонтировал ей бесплатно, а однажды даже зеркало вешал ей в прихожую. (Лицо Дмитрия Павловича все более багровеет, он говорит с пафосом, громко.)
Елочка (залпом выпивает стакан «Балтики»). А что, у артистов в те времена была отечественная сантехника?
Сундуков (снова закуривает, деловито пускает колечками дым). Да нет, все больше немецкая, итальянская, везли из-за границы. Знаешь, на углу Большого Козицкого и улицы Остужева находился небольшой овощной магазинчик, я там нос к носу столкнулся с Татьяной Самойловой и ее матерью. Шикарная женщина… (Он причмокивает губами, щелкает пальцами.)
Елочка. Дмитрий Павлович! Этот шашлык совсем не съедобный, может, там что-нибудь еще есть в меню?
Сундуков. Посиди, я быстро. (Уходит к бару.)
