– Да нет. Ничего срочного, – сощурился Женя, отчего меня бросило в дрожь. – Не буду тебя отвлекать. Поговорим в другой раз.
– Всего доброго.
Я захлопнула дверь и шагнула к барной стойке, на которой так и стояли неразобранные пакеты. И вот тут меня подкосило. Затрясло. Жу-у-уть. Нет, мы, конечно, расстались не лучшим образом, но почему-то именно сейчас мне стало по-настоящему страшно.
– Скажи-ка, Любава…
– М-м-м?
– Как тебе удается каждый раз оставлять меня в дураках?
– Это почему еще?
– Я же тоже твоего парня сыграл сейчас, да?
– И что? – решила скосить я под дурочку.
– Счет один – один. А значит, я вполне мог тебя не кормить, – Мамин подкинул в воздух огромный узбекский помидор и ловко его поймал, – и уж конечно, я имею полное право вернуть Лорда на твое попечение.
– Ты этого не сделаешь, – пропищала я.
– Что меня остановит?
– Совесть? – с надеждой спросила я. – Доброта? Человеколюбие? Нет? Как насчет домашнего ужина? Только представь… Не какая-нибудь пицца, а, скажем… – я покосилась на кипящий рис, – голубцы?
– Голубцы? – оживился сосед, доказывая, что его мать знала, о чем писать в своем объявлении. С тоской про себя вздохнув, я обреченно кивнула:
– Голубцы.
Да, я не могу предложить Мамину ничего, кроме его любимого блюда. Но, простите, вы пробовали приготовить вкусные голубцы?! Чтобы капуста не была жесткой, или, напротив, не переварить рис.
– А завтра?
– Завтра я вообще-то дежурю! – буркнула я, впрочем, ни капельки не удивляясь такой наглости. Сразу поняла – этому палец дай – так он полруки оттяпает.
– То есть мне голодным сидеть?
– Вообще-то речь шла об одном ужине, – язвительно заметила я.
– Нет. Извини, но это предложение никуда не годится. Невеста ты мне или нет?
– Только для твоей матери!
– И твоего… А кстати, кто это? Бывший?
– Ага, – смутилась я, отвернувшись, чтобы достать из пакета овощи. Так, лук, морковь, капуста. Значит, голубцам быть.
– Хорошо, что ты встретила меня, – хмыкнул Мамин.
– Это еще почему? – спросила я будто бы между делом, доставая овощечистку.
– На твой вкус, Любава, никакой надежды. Ты вообще его видела?!
И вот тут я захохотала. До истерики просто. До икоты.
– Зря ты так. Женя о себе весьма высокого мнения. А вот ко мне у него был целый ряд претензий.
– Серьезно? И что же он тебе предъявлял?
– Ой, чего только не… – деланно-беспечно отмахнулась я.
– Он еще и слепой?
Овощечистка соскользнула с морковки, чуть не оттяпав мне палец.
– Ой.
– Все в порядке?
– Ага, – проблеяла я.
Если не считать того, что слова Олежки оказались такими приятными, что у меня под ребрами будто вспыхнуло маленькое лично мое солнце. Ох уж эти Донжуаны. Язык у них подвешен как надо. Чувствуют, гады, женские боли и пользуются этим на всю катушку. Тут я всплакнула, благо слезы можно было смело списать на лук. Шмыгнув носом, пересыпала овощи в сковороду. Потянулась к шкафчику над плитой. Для этого пришлось придвинуться к Мамину близко-близко. Вот уж чего я не припомню, так это чтобы мое тело так реагировало на Женю. Я невольно подняла глаза и увязла в немигающем взгляде соседа. Облизалась. Олег нахмурился и качнулся к моим губам. И тут на всю кухню вдруг завопил его мобильник.
Нет, сына я любил. Нежно и безоговорочно. Но в такие моменты… Черт!
– Да, Степ, что случилось?
– Кроме того, что меня чуть не сожрали?! – возмутился сынок.
– Твою ма-ать! Ты чего так рано?! – рявкнул я, выскакивая в коридор. Но мелкого там не оказалось. Я кабанчиком метнулся к двери, ведущей в мою квартиру. Толкнул и лишь тогда перевел дух, когда увидел Степку целого и невредимого.
– Васильев заболел. А на замену поставили Скунса. Манал я… – усмехнулся тот, обращаясь к лежащему в его ногах Лорду.
– Предупреждать надо, – буркнул я, раздумывая о том, что делать дальше, и пряча в карман телефон.
– А ты где был? – что-то просек Степан. – И как тут оказался пес? И…
– Пса я взял на передержку. Соседка попросила, – прервал я поток вопросов.
– Та? – Мелкий вскинул брови, очерчивая руками в воздухе роскошные и явно Любины очертания.
– Эй! Слюни вытри! – рявкнул я. Лорд гавкнул, видно, решив и себе не стесняться. Степка заржал.
– Че, бать, понравилась соседка? – хитро на меня зыркнул. – Как ее?
– Люба!
– Ну, соррян. Не хотел вам испортить вечер. Ты бы хоть предупредил.
– О Лорде? Да, мой косяк. Прости.
– Это тоже было неожиданно. Но вообще я не про песеля.
– А про что?
– Про то, что я не хотел мешать твоим планам на вечер, – закатил глаза мелкий.
– Ты не мешаешь. Не выдумывай.
– Ну, так иди.
– Куда?
– Туда, где был, бать, – оскалился сынок. – Не тупи.
Тут, не иначе как из чувства противоречия, во мне взыграло:
– Что вы меня все сватаете, я не пойму?
– Почему нет? Я через пару лет съеду, а перед этим хотелось бы передать отца в хорошие руки.
– Я что тебе – пес?! Передать… – передразнил сына.
– Топай-топай, – заржал Степка. – Как говоришь, его зовут?
– Лорд!
– Хороший песик. Лорд… Славный, – ворковал сын, почесывая пса за ушами. А у меня перед глазами картинка встала, как он в свои одиннадцать прощался с нашим боксером Джеком…