- Это вы из-за меня расстроились? - неожиданно спросил подошедший парнишка. - Не стоит. Я привык к своему положению в обществе.
- Прости меня, пожалуйста, я не хотела обидеть тебя.
И неожиданно для себя сказала всему классу:
- У меня двенадцать лет назад похитили внука прямо из роддома, мы его до сих пор ищем. Видимо поэтому я так и разволновалась.
- Наверное, - ответил Василий. Не из-за меня же проливать слезы. Я ничейный. И меня никто не ищет.
- В какую неприятность влипла, - думала Анна Ильинична, пытаясь справиться с нервами.
Ничего не вышло. Она так и не сумела выйти из состояния душевной боли из-за инцидента, спровоцированного ею самой. Попросив ребят прочитать текст про себя, она дожидалась звонка, но как на зло, время неумолимо тянулось. Наконец, прозвучал звонок и стайка ребят выныривала в двери коридора. Остался один Василий.
- Ты недавно в нашей школе? - спросила она.
- Неделю. Меня перевели в класс с математическим уклоном.
- Ты не похож на ученика восьмого класса по возрасту.
- Меня экзаменовали и перевели минуя седьмой.
- Так ты и есть тот самый вундеркинд, о котором так много говорят.
- Я просто ученик. Мне повезло с другом. Он в пятнадцать лет уже поступил в институт и меня постоянно готовил по всем предметам. Знаниями я обязан ему, а не школе. В школе программа не обоснованная. Много ненужного и наоборот.
- Тебе понравилось здесь?
- Поживем-увидим, - уклончиво ответил он. - Можно мне вас проводить? - спросил Василий неожиданно.- Вас нельзя отпускать одну. Вы взволнованы .
- Хорошо, - согласилась она. Пойдём.
Это был последний урок и Анна Ильинична, по пути положив на стол журнал в учительской, вышла на крыльцо. Василий ждал ее. Они шли по улице и разговаривали. Она пожаловалась ему на больную голову, а он отвечая на вопрос о жизни в детдоме, рассказывал забавные случаи. Но весь их разговор был каким-то натянутым, неестественным. И расставаться ей тоже не хотелось с этим удивительным парнишкой. Он чем-то напоминал ей сына в детстве.
- Прямо наваждение какое-то, - подумала Анна Ильинична.
Дома никого не было. Муж был на даче, сын Василий в прокуратуре.
- Зайдем, пообедаем вместе, одной скучно и неприятно.
- Можно.
- Проходи, садись,- пригласила она гостя. - Сейчас я быстренько накрою на стол.
- Мне, правда, попадет от воспитателя за опоздание, но я ему скажу, что провожал вас.
- Может мне позвонить в детский дом? - спросила она, тревожась за мальчика.
- Не надо. Я из доверия не вышел. Где можно вымыть руки?
- Налево дверь в ванную. Рядом туалет.
- Сориентируюсь, - ответил необычный гость.
Анна Ильинична быстро разогрела борщ, котлеты с рисом и нарезала салат. На столе стояло сливочное масло, коробка конфет и печенье в вазочке, домашнее.
- Ого, ничего себе сервировочка, - оценил Василий старания хозяйки. У нас скудно насчет кормежки. Все более супчики и каши. Иногда яблоки. Но жить можно, - закончил он своё откровение.
Анна Ильинична пододвинула тарелки поближе к нему. Он отодвинул их назад и, пригласив её жестом хлебосольного хозяина, сказал:
- Простите, но я не привык обедать в одиночестве. Всегда шумный коллектив. Без вас есть не буду.
- Хорошо, хорошо, - я тоже голодная.
Через минуту они ели борщ и Василию, видимо понравилось, так как он умолк и сосредоточенно доедал последние ложки борща, наклонив тарелку от себя.
- Умеешь красиво есть, - заметила она.
- Этому меня учили приемные временные родители.
- Почему временные?
- Я жил у них недолго, после того как они разыскали меня в лесу. Затем я почему-то попал к другим хорошим людям. Мне жаль, что я был водворён в детский дом. Другой. Там я был всего два дня, директор местного детского дома привез нас с другом сюда. Где я и встретил вас, - неожиданно проговорил он. - Я здесь недавно, еще плохо привык к новому обществу.
- Ты владеешь литературным языком без сорняков.
- Этому я обязан молодому прекрасному воспитателю-другу. Мне просто повезло, что такой попался на моем пути. Он для меня словно старший брат. А в основном нас воспитывают, и мы их тоже, люди случайные, грубые, жадные, нечестные. Я не думаю, что государство так плохо заботится о нас. Скорее всего более половины того, что отпускается нам, разворовывается. Мы со старшими ребятами ходили на продовольственную базу, зарабатывали деньги на белила, которые нужны для ремонта детдома. Заработали и покрасили окна и двери. Вы знаете, очень приятно чувствовать себя полезным кому-то. Нужным. Но, это, к сожалению, большой дефицит для брошенных детей. Был у нас директор, педагог по призванию, его перевели, повысили, и он, вероятнее всего теперь занимается воспитанием своего стола. Или бумажками руководит детьми с их плохими воспитателями.
- Так ты совсем ничего не знаешь о своих родителях? - спросила его взволнованная рассказом Анна Ильинична.
Её сердце усиленно работало и она была на грани срыва. Обед закончился.
- Ничего, как будто меня родила коза, которую я помню и мой отец старый Казбек. Я пойду, - сказал Василий. - Спасибо за гостеприимство. Я стараюсь не сближаться с хорошими людьми, потом плохо отвыкать от них. Я пошёл.
