Будучи допрошенным 6 января 1994 года с предъявлением судебно-медицинского заключения по исследованию трупа, Ряховский заявил, что он в основном согласен с выводами эксперта. Кроме того, заметил, что о совершении этого убийства он заявил следствию по собственной инициативе.
Следует отметить, что безусловно отдельные детали совершенного Ряховским убийства стали известны следствию спустя 4 года лишь из его показаний.
Так, только обвиняемый впервые заявил следствию о наличии при погибшей фотографий, связанных с похоронами ее отца, хотя об этом никто из ее родственников не заявил ранее.
Помимо приведенных доказательств, виновность Ряховского подтверждается следующими доказательствами.
Свидетель, двоюродный племянник обвиняемого, в своих показаниях от 12 июля 1993 года пояснил, что его свадьба состоялась 4 июня 1989 года в г. Данкове Липецкой области. На свадьбе присутствовал
Ряховский совместно с другими лицами. В какой день убывал в Москву Ряховский, он не припоминает, но, как правило, до Москвы тог ездил через станцию Лев Толстой.
Его показания подтверждаются копией акта заключения брака, из которой следует, что он заключил брак 3 июня 1989 года.
1 февраля 1990 года была проведена судебно-биологическая экспертиза по исследованию вещественных доказательств — платья, трусов, бюстгалтера, носового платка — кляпа, принадлежавших погибшей, в целях установления следов спермы на изъятых предметах.
Эксперт пришел к выводу о том, что сперматозоиды на одежде не обнаружены, а на носовом платке — кляпе имелись следу спермы с антигеном "Н", свойственным и потерпевшей.
2 декабря 1993 года была проведена дополнительная судебнобиологическая экспертиза по исследованию носового платка — кляпа, изъятого из гортани погибшей, которая пришла к выводу о том, что сперма на носовом платке от обвиняемого произойти не могла.
Учитывая последовательность показаний Ряховского и их убедительность, 2 марта 1994 года по делу была назначена дополнительная судебно-биологическая экспертиза, производство которой было поручено судебно-биологической лаборатории Экспертно-криминалистического центра МВД РФ.
При производстве такой экспертизы были установлены следующие результаты:
— на платье потерпевшей обнаружена сперма человека с группой В Ь (III), которая могла произойти от Ряховского, имеющего аналогичную группу крови.
В одном из пятен на носовом платке, которое при первичной экспертизе исследованию не подвергалось, обнаружена сперма, которая относится к группе ВЬ (III) и имеет генотип ЭО (1.1:4). Сперма могла произойти от Ряховского; вероятность случайного совпадения данного генотипа составляет 2x10. Таким образом, данные признаки в их совокупности могут быть в среднем обнаружены у 2 мужчин из 1000.
Помимо этого, на носовом платке обнаружены следы спермы, в которых антигены А и В не выявились.
При анализе заключения эксперта БСМЭ ГУЗМО № 78 от 01.02.90 отклонений от правил использования методик при исследовании следов спермы не выявлено.
Таким образом, оценивая выводы последней судебно-биологической экспертизы, следствие принимает ее выводы за достоверные, а выводы судебно-биологической экспертизы от 1 февраля 1990 года недостаточно обоснованными, поскольку при ее производстве не в полном объеме были исследованы представленные объекты.
Кроме того, на момент проведения судебно-биологической экспертизы в марте 1994 года следствие обладало образцами спермы Ряховского.
6 декабря 1993 года была проведена судебно-криминалистическая экспертиза по установлению лица, исполнившего надписи на теле погибшей. Однако, это исследование в полном объеме провести не предствилось возможным, поскольку по имеющимся фотоснимкам не удалось изучить все особенности выполнения букв в словах и их элементов, а также соединения штрихов между собой, что является необходимым условием для выявления признаков идентификации личности.
Судебно-трасологическая экспертиза по исследованию следов, зафиксированных на трупе, пришла к выводу о том, что на двух фотоснимках протокола осмотра места происшествия обнаружены следы, которые оставлены предметом, имеющим одинаковый рельефный рисунок.
При физико-техническом исследовании предметов одежды погибшей установлено, что на платье обнаружено повреждение, которое образовалось вследствие разрыва.
Достоверность показаний Ряховского о том, что он мог вместе с погибшей находиться на Ваганьковском кладбище 9 июня 1989 года, согласуется со справкой администрации указанного кладбища, из которой следует, что Миронов
В связи с давностью происшествия не представилось возможным проверить достоверность показаний Ряховского о получении им личных вещей на Павелецком вокзале Москвы 9 июня 1989 года, поскольку выдача вещей происходила по жетонной системе без регистрации фамилии получателя.