Приказом администрации назначен ответственным за проведение занятий по профориентации в Успенской средней школе, то есть по совместительству с 1986 года по 1988 год являлся мастером производственного обучения.
В связи с работой Головкину предоставлялись отдельные жилые помещения на территории конной части в пос. Горки-Х Одинцовского района Московской области.
Там же, после покупки личной автомашины ВАЗ-2103 в ноябре 1988 года, он приобрел гараж.
Мать обвиняемого по характеру спокойная, замкнутая, необщительная, тяжело сходится с людьми, предпочитает занятия чтением, рукоделием.
Отец — общительный, коммуникабельный, является хорошим организатором, однако в последние годы с возрастом изменился, стал "занудливым", высокомерным, эгоцентричным, склонным к нравоучениям, назидательству, что, по еловая матери, послужило одной из причин их развода в 1988 году.
Согласно представленным следствию характеристикам на семью Головкиных, последние отличаются в отношениях с соседями замкнутостью, формальностью, избирательной потребностью в общении. В характеристике указывается, что "они видят соседей только при необходимости, а в повседневной жизни как бы не замечают".
Беременность им у матери была первой, протекала удовлетворительно, роды были стремительные, он родился в течение часа с врожденным дефектом грудины — "воронкообразной грудью", в состоянии асфиксии, к груди был приложен позднее на несколько дней. Ранее развитие его протекало в соответствии с физиологическими нормами, стал своевременно держать голову, сидеть, однако ходить начал в 1 год 2 месяца, рос очень болезненным, ослабленным, часто болел простудными заболеваниями, бронхитом, неоднократно возникали кишечные инфекции, энтериты, диспепсии. В ясли его отдали в возрасте до года, однако в связи с частыми заболеваниями он их практически не посещал. В детский сад пошел в возрасте 2,5 года, посещал неохотно, очень тяжело переживал разлуку с матерью, начинал плакать еще по дороге туда, непосредственно в детском саду у него возникали истерики, проявлявшиеся в сильном плаче, непроизвольной рвоте и мочеиспускании.
Мать объясняет это грубым отношением к сыну воспитателей, так как, забирая сына домой, воспитатели просили ее убрать рвотные массы, оставшиеся после ребенка еще с обеда. После перевода его в другой детский сад подобные истерики прекратились.
По характеру Сергей формировался тихим, замкнутым, стеснительным, всегда отдавал предпочтение играм наедине, нежели со сверстниками. Родителям стоило больших трудов отправить его на улицу поиграть с другими ребятами в футбол или хоккей. Из игрушек любил играть с машинками, причем одной машинкой играл долго, несмотря на наличие других. Домой для игр детей никогда не приглашал.
Отец в своих показаниях сообщил, что они воспитывали детей в "соответствии с общепринятыми нормами".
В семье не было принято ласкать детей, целовать, только иногда, в порыве чувств, они позволяли себе сажать детей на колени. Каких-либо публичных нравоучений, избиений при шалости сына в общественных местах они не допускали, а старались методично, скрупулезно, через физические усилия довести до сознания ребенка правила и нормы приемлемого общественного поведения.
Например, когда сын начинал баловаться в транспорте, залезать с ногами на сиденье, отец выходил на одну-две остановки раньше, и двух-трехлетний ребенок шел до детского сада пешком. Так продолжалось до тех пор, пока он не понял, чего от него хотят родители.
Когда он был маленьким, они часто всей семьей ходили в поход, плавали на байдарках, удили рыбу, однако душевной теплоты в их отношениях не было. Сергей всегда был скрытным, молчаливым, больше привязанным к матери. Иногда отцу даже казалось, что сын чем-то обижен на него. Отношения с отцом стали еще более "прохладными" после того, как отец насильно заставлял сына принимать ледяной душ. Делал это грубо, резко, прямолинейно, действовал "как фашист", несмотря на сопротивление сына.
Для матери вскоре эти занятия стали невыносимыми и под ее давлением они прекратились. Однако с тех пор Сергей мылся всегда неохотно и, уже будучи взрослым, возвращаясь после работы с лошадьми, мог лечь в чистую постель, не искупавшись.
В 6 лет по совету врачей Головкину был сделан ортопедический корсет, в связи с "воронкообразной" грудью, который он носил в течение года очень неохотно.
Начиная с 5 лет и до 10-летнего возраста, у него появилась вредная привычка, выражавшаяся в мастурбации половых органов. Перед засыпанием сына мать замечала, что он прячет руку в трусиках. Объясняла ему, что этого делать нельзя, так как "он может заболеть", и просила положить руки поверх одеяла. Законченных актов мастурбации, сопровождавшихся эрекцией, семяизвержением, она никогда не замечала.
В школе обвиняемый начал обучение с 8 лет. Учился хорошо, но "без энтузиазма", когда возвращался домой, матери приходилось буквально "вытягивать" из него рассказ о проведенном дне, событиях в школе.