По мере приближения дня отлета с острова отношения Короля и Лики становились все более романтичными и крепкими. Оба ощущали себя словно попавшими в сказку, верили в судьбу и в то, что их встреча не случайна. Корольков, правда, в меру своей опытности догадывался, что все это — эффект «курортного романа», усиленный историей с совместным прохождением трудностей. Обычный сюжет для какой-нибудь романтической комедии, которая непременно закончится хэппи эндом и свадьбой главных героев. А второстепенных героев — в данном случае Марину — заботливый сценарист пристроит к какому-нибудь эпизодическому или такому же второстепенному персонажу.
Во время одной из совместных вечерних прогулок по острову, когда удалось убедить операторов снимать парочку не в лоб, а «из кустов», якобы инкогнито, девушка уточнила у своего спутника, состоит ли он в отношениях.
Корольков замялся. Для него было очевидным, что Лика — та девушка, которую он хочет узнать ближе и, возможно, назовет однажды своей невестой. Также очевидно, что Марина — дама гордая и после просмотра шоу не захочет продолжать отношения с ним. А если и захотела бы, то Королькову и самому уже не двадцать, он слишком занятой человек и слишком дорожит своей репутацией, чтобы метаться между двумя красотками. Так что ему неинтересны интриги и измены.
— А ты? Ты сейчас не в отношениях? — решил потянуть с ответом Корольков.
— Эй, так нечестно, — засмеялась Лика, и ее улыбка, ее ямочки на щеках в очередной раз вызвали мурашки у Максима. — Я тебя первая спросила! Ну ладно, я отвечу. У меня еще не было серьезных отношений.
Девушка смутилась и не сводила взгляда с лица Максима, словно стараясь не пропустить ни одной мысли, которая отразится в движении глаз или губ. Корольков же не успел взять контроль над мимикой, и поднявшиеся брови все же выдали его первую эмоцию — удивление.
— Ты такая красивая, обаятельная, привлекательная девушка, как же так получилось, что у тебя никого нет? — спросил он, понимая, что этот вопрос она наверняка слышала не раз.
— Наверное, поэтому никого и нет, — ответила Лика. — Это очень странно, вас же, парней, не понять. Почему-то те, кто ничего из себя не представляет, не имеет ни увлечений, ни достойной работы, ни приятной внешности, — вот такие зачастую думают, что ты создана для них.
Корольков вспомнил Бомбу. Анжела, видимо, тоже кого-то вспомнила из числа своих обожателей, и оба рассмеялись.
— Парни и мужчины, которые хоть что-то из себя представляют, словно боятся ко мне подойти. Но знаешь, с того момента, когда я стала набирать популярность в ТикТоке, когда пошли рекламные контракты, очень много стало появляться рядом со мной женатых мужчин. Они дарят цветы, ухаживают и предлагают стать их любовницей. Причем многие даже не скрывают своего семейного положения.
Они прошли еще несколько шагов молча.
— Так что… Ты ответишь на мой вопрос? У тебя есть кто-то?
Большие голубые глаза внимательно смотрели на Королькова. И ему стало страшно увидеть в них разочарование.
— Нет, — соврал он. Или не соврал. В этот момент он твердо решил, что с Мариной отношения нужно прекратить. И по возвращении он обязательно поговорит с теперь уже почти бывшей девушкой. Не хочет он возвращаться в ее объятия, целовать ее губы. Куда больше его волновали в этот момент чувственные губки молоденькой тиктокерши рядом.
Лика облегченно выдохнула и улыбнулась. А затем потянулась к Максиму и поцеловала его. Он ответил на поцелуй, нежно обнял ее…
— Там камеры в кустах, — шепотом напомнил он, слегка отстранив ее.
— Точно, — также шепотом ответила она и снова смущенно улыбнулась.
Будучи на острове, Максим держал связь с Мариной в мессенджерах. Мудрая и спокойная девушка сразу поняла, что их отношения подходят к концу. Это легко можно было прочитать между строк, когда сначала резко уменьшилось количество ласковых слов в сообщениях, потом сами сообщения стали редкими. А под конец, когда выяснилось, что в день возвращения Короля в Москву Марина тоже будет в городе, мужчина попросил ее не приезжать в аэропорт. Она бы и без этих просьб не поехала его встречать. В последнее время он все чаще в переписках напоминал ей о конфиденциальности их отношений, словно она не его девушка, а любовница, которую никак нельзя нигде «спалить». И если в первые месяцы осторожность была понятной, то теперь — унизительной, даже оскорбительной.
В тот же вечер он приехал к ней на разговор. Едва переступив порог квартиры, облегченно выдохнул: никакой романтики его не ожидало, девушка не приготовила и не накрыла праздничный ужин, да и вообще сложно было сказать, что она очень ждала его.
Они присели за пустой кухонный стол.
— Голодный? — сухо уточнила Марина.
— Нет. Спасибо.
Корольков сидел за столом и не сводил с нее глаз, подбирая слова. Девушка не торопила. Она была такой утонченной, красивой и спокойной… Максиму стало невыносимо больно от мысли, что вот сейчас он потеряет ее. Своими руками разрушит то, что они создавали в течение полугода. И хотя он пришел с уже готовой речью, слова словно застряли в горле.
