«Ладно, малышка. Я знаю твой адрес. Очень удачно ты «засветила» его в своих актуальных историях. Так что нужно всего-то подождать немного времени, когда ты остынешь, купить подарок и приехать с извинениями. Все-таки я был сегодня не прав, зря сорвался. Но что уж поделать, характер такой, да и нервы ни к черту. Ничего, я все исправлю!» — так рассуждал Корольков, приводя себя в порядок, и его настроение заметно улучшилось.
Открыл холодильник, достал продукты, купленные Викой. Тофу, йогурт, сливки, овощи… Похоже, Мушко закупила ингредиенты под какие-то вкусные и полезные блюда, планируя не один раз готовить на этой кухне.
Зазвонил телефон. Это был Женька.
— Макс, привет! Я тут мимо твоего дома проезжаю, думаю, вдруг ты, случайно, сейчас один и свободен…
— Да, Жень, привет! Как раз и один, и свободен. Забегай.
— Погоди, серьезно? Ты прям можешь со мной встретиться?
— Жек, ну я ж говорю: заезжай! Кофе напою тебя.
Через пятнадцать минут Морошко уже сидел на кухне у Королькова, наворачивая бутерброды и запивая их ароматным напитком.
— Ну как ты, Максим? Как с Иволгиной расследование проходит? — с набитым ртом интересовался он.
— Да как… Ничего не выяснили, но личность она и правда неординарная, умеет находить такую информацию…
— О, это да! А фигурка-то у нее, Макс! Фигурка какая! — Женька мечтательно закатил глаза.
Но Корольков не поддержал эту тему. Ему не понравилось, что Морошко смотрит на Дашу как на объект вожделения. Заметив недовольный взгляд друга, Женя перевел тему.
— А с Викой ты давно виделся?
— На днях. А что?
— Мне кажется, она какая-то странная в последнее время.
— Работы нет, вот и странная, — ответил Максим. — Не может свою активную деятельность прекратить, в спасительницу все играет. Продуктов вон закупила мне. Появляется тут без предупреждения. Высказал ей за это, похоже, обиделась.
— Н-да. Красивая она баба. Но страшная. Страшная — в том смысле, что не остановится ни перед чем, когда к цели идет. Баба-танк.
— Поэтому я с ней и работал много времени. Она мне и агентом, и директором была, и маркетологом…
— И мамкой.
Последний комментарий был Королькову неприятен.
— Ну а че, своей семьи у нее нет, — продолжал Женька, рассматривая бутерброд. — Вот и прилипла к тебе. Что они все так прикипают к тебе, Макс? Неужели это из-за твоей внешности?
Корольков не отвечал. Какими-то новыми сейчас казались ему люди вокруг, и каждое открытие неожиданных граней их душ и характеров было болезненным.
Женьку Корольков знал с давних пор, они дружили еще до «Сети лживых». Морошко всегда верил в талант своего друга, невероятно гордился и дорожил этой дружбой. Сам же был далек от киноиндустрии и при этом никогда не стремился «в телевизор».
Король порой задавался вопросом: на чем держится эта дружба, если интересы у людей вообще ни в чем не сходятся? Ответ находился всякий раз, когда на душе у Макса начинали скрести кошки. Тогда он набирал номер Евгения, и тот всегда находил слова, которые возвращали артисту чувство баланса и гармонии.
С Женькой можно было пропустить несколько бокалов пива, поболтать о жизни. Которая, правда, у Морошко не такая интересная, как у Королькова. Работа — в каких-то коммунальных системах, обычная семья с такой стабильной и стандартной во всех смыслах женой, двое детей. Семьянином Женька, кажется, был так себе. Он питал страсть к молодым девушкам, коих рядом с Максом всегда было предостаточно, но в то же время вроде бы до измен жене не доходило. Король как-то не вникал в это.
Вообще раньше пускание слюней товарищем на поклонниц Королькова воспринималось как-то по-другому.
Теперь же Морошко раздражал Максима.
— С Викой-то помирись, — продолжал Женька, через очки глядя на Макса. — Ты привык, что тебя все вокруг любят, и, похоже, перестал дорожить людьми. А время-то идет, время нас учит. Показало тебе вон, как нестабильна слава. Кто остался с тобой, когда все отвернулись? Когда рекламные контракты прекращены, работы нет и большая часть пользователей Интернета проклинают тебя?
Ярость, почти такая же, как с утра после прочтения сообщений от Светы, заполнила душу Королькова. Сейчас ему больше всего хотелось двинуть в челюсть сидящему рядом другу. Просто за то, что напоминает о том пласте нерешенных проблем, что висят над Максимом. Но он держал себя в руках.
— Ну ты не злись на меня, Макс. Чего волком-то смотришь? Я говорю как есть. Кто еще правду тебе в глаза скажет? Мы с Викой остались с тобой, вытащили из запоя, предлагали несколько вариантов решения проблемы. Ты вон Иволгину выбрал. Я бы тоже ее, конечно, выбрал, но жена, дети…
Женьке казалось, что он удачно шутит и разряжает этим обстановку. Но Максим с каждой фразой Морошко убеждался, что этот полноватый мужичок на самом деле всегда завидовал Королькову — любимчику женщин, успешному известному актеру. Теперь же, когда жизнь подставила такую суровую подножку Королю, вчерашний друг показывает свое истинное лицо, самоутверждаясь за его счет.
Неожиданно Максиму в голову пришла дурацкая идея.
— Хочешь, я покажу тебе один фокус? — спросил он.
