- Тебя что-то не устраивает? - поинтересовался мужчина, жалея о том, что руки прикованы. Не смотря на все его усилия, выдержка стремительно таяла от вроде бы невинных прикосновений, пронизанных скрытой порочностью. Корана же явно не собиралась облегчать его участь, продолжая исследовать беспомощное тело с методичностью учёного, поймавшего редкий экземпляр представителя местной фауны.
Губы повторяли путь пальцев, даря мучительную, в своей лёгкости и бесхитрости, ласку. Корана гладила, целовала, покусывала кожу, постепенно возвращаясь к изогнутой шее, где билась предательская жилка, выдавая степень его возбуждения. Выпрямившись, она снова облизала губы, стягивая с себя блузку и соблазнительно улыбаясь. Карие глаза лихорадочно горели, щёки покрыл румянец, дыхание участилось.
- Развяжи, - тихо попросил Сеш'ъяр. Пальцы сводило от желания коснуться такого близкого и родного тела.
- Ммм? - вопросительно промычала Кора, изогнув бровь. - Не-е-е-е-ет, мой маленький дракончи-и-и-ик, ты ещё не заслужи-и-и-ил...
И снова всё повторилось, раз за разом. Прикосновения. То едва ощутимо, то с нажимом, а порой и царапая ногтями, оставляя заметные следы. Поцелуи-укусы, затем нежное, успокаивающее движение языка, вырывающее хриплый стон. На них практически не осталось одежды, но Кора не давала никакой возможности перехватить инициативу...
Но не двигалась дальше. Мучила, доставляла наслаждение и оставляла неудовлетворённым. Как самая искушённая и опытная соблазнительница, остающаяся непорочной и доверчиво-открытой. Каким образом ей это удавалось, так и осталось загадкой. Впрочем, сам Сеш'ъяр в данный момент был не особо настроен на какую-то мыслительную деятельность. По виску катилась капля пота, далеко не первая за прошедший...
А сколько, собственно, прошло? Час, два? Или всего лишь пять минут? Он не мог сказать, чувствуя, что совершенно потерялся во времени. И когда он уже был близок к развязке...
Всё прекратилось. Прикосновения исчезли, вместе с приятной и такой знакомой тяжестью. Прохладный порыв ветра показал, что Корана встала с кровати и отошла в сторону. Открыв глаза и с трудом сфокусировав взгляд, Сеш'ъяр недоумённо посмотрел на невозмутимую женщину, спокойно поправляющую рубашку и собирающую волосы в хвост.
- Кора? - осторожно спросил мужчина, пытаясь выбраться из браслетов, всё ещё удерживающих его запястья.
- Да, дорогой? - невинно поинтересовалась Корана, насмешливо посмотрев на него.
- Ты что... Уходишь?!
- Какой ты догадливый, малыш, - обольстительно улыбнулась женщина, убрав за ухо выбившуюся прядку волос. - Жаль, что не удастся поиграть с тобой ещё немного... Но увы, дела меня не ждут.
- Корана!
- Да, дракончик? - ласково протянула она, направляясь к двери комнаты.
- Освободи меня! - в его голосе появилась злость, непонятно, правда, на кого Сеш'ъяр сейчас злился больше. На себя или на неё.
- Это же твой подарок, - пожала плечами Кора и хитро улыбнулась. - А браслеты - это небольшой презент, маленький мой. Цепочка исчезнет, минут через пять. Увидимся, дракончи-и-и-и-ик!
И...
Дракон вынырнул из сна, ошалело тряся головой. На груди его мирно спал Рагдэн, свернувшись в клубок. О том, что произошло, напоминало лишь не прошедшее возбуждение и привкус губ Коры, оставшийся после её поцелуев.
Глубоко вздохнув, Сеш'ъяр откинулся на спинку кресла. Кто бы мог подумать, что она отомстит за его поступок именно таким образом? Конечно, он прекрасно понимал, что коварство Коре не занимать, но что до такой степени...
- Даже так, да? - тихо прошептал дракон, взъерошив волосы свободной рукой. - Ну что ж, Корана, ты сама напросилась...
На что именно она "напросилась", дракон предпочёл промолчать, прекрасно понимая, что озвучивать собственные не самые приличные мысли вслух, пусть и при спящем сыне, точно не стоит. Хотя и было искушение подразнить жёнушку собственным плохим поведением, дабы нарваться на ещё одно такое наказание, только в этот раз он бы попытался разыграть всё по его собственным правилам.
Осторожно пошевелился, устраиваясь поудобнее. Лёгкое приглушённое позвякивание привлекло к себе внимание. Посмотрев на собственные запястья, едва слышно ругнулся. Браслеты, столь заботливо надетые на него Кораной, остались на своём месте, разве что теперь между ними не было той цепочки, зато имелась надпись, на языке демонов, выведенная аккуратным, витиеватым почерком. Прочитать её не составило труда, а вот когда смысл оставленного послания дошёл до мужчины, он не знал, что ему делать - радоваться или бушевать, в приступе ярости. С одной стороны, Корана признавала за ним право отца и мужчины, с другой это её язвительное "Посмотрим на твоё поведение..." в контексте всего написанного звучало неприкрытой издёвкой. А в целом, получались следующие слова:
"Редкий вид: золотой дракон-некромант. Принадлежит Мантикоре и является частной собственностью. А вот признает ли она его мужчиной, супругом и отцом - посмотрим на твоё поведение.... Дракончи-и-и-ик!"
