Юноша настороженно приоткрыл глаза. Он все ещё не спал, мужественно борясь со своей сонливостью. Зевнув, охотник покрепче перехватил древко ножа. Улика все ещё была при нем. Никто так и не рискнул за ней прийти. Значило ли это, что Солоха не имела отношения к шайке оборотней?
В такое де Клясси не верил. Он все ещё отчётливо помнил, с каким умным видом эта «простушка» из дикого Приграничья рассуждала о демократии. Её осведомленность просто кричала о недомолвках. Даже многие паны Приграничья в лучшем случае могли до десяти на пальцах посчитать. А тут такое… Солоха могла быть кем угодно, но только не той, за кого себя выдавала.
Шторка вновь колыхнулась, принеся за собой тоскливый вой какой-то дворняги.
Де Клясси поежился, вставая. Почудилось ему что-то недоброе в плаче неизвестной псины. Подойдя к окну, охотник захлопнул створку, разглядывая утопающий во мраке парк.
Луна охотно высветила перед его взглядом аккуратную, гравиевую дорожку, бортики знакомого с детства фонтана, посеребрила листву на деревьях.
Адриан не спешил отходить от окна, проведя пальцами по кромке острия своей улики. Поводов для беспокойства у него не было, однако рука все равно задрожала.
Охотник нахмурился, внимательно оглядев собственную спальню. Его сердце бешено заколотилось в груди, кожа покрылась мурашками.
Юноша замотал яростно головой, бросившись к своему мечу. Своим дурным предчувствиям он привык доверять.
— Кто здесь? — крикнул он, наставляя меч в пустоту. — Выходи! Не смей прятаться!
Комната безмолвствовала. Только завыла за окном давнишняя псина, вынудив охотника метнуться обратно к окну. Его уже буквально трясло от страха.
Де Клясси закусил до крови губу, пытаясь прогнать наваждение. Однако вкус собственной крови только усилил его панику. Все его нутро буквально вопило о том, что враг рядом, а он ничего не мог увидеть. И только страх липкими щупальцами пробирался под одежду, касаясь невесомо кожи.
— Кто бы ты ни был, я тебя не боюсь! — прошипел Адриан, махнув мечом. Клеймор вспорол воздух.
«Брось оружие».
Адриан обмер не в силах и шелохнуться. Его рука без сопротивления выпустила рукоятку клеймора. Меч обиженно звякнул, упав на пол.
Охотник не смог и слова выговорить против, безучастно наблюдая за внезапно ожившей тьмой в его спальне. Она ласково тянула к охотнику свои щупальца, оплетая того, кто призвал ее. Того, кого невозможно было увидеть, и кто наводил на охотника такой панический ужас.
«А теперь достань нож».
Рука охотника, повинуясь чужой воле, вытащила из-за пазухи улику. Адриан мог только следить за тем, как легко досталась оборотню победа. В том, что тьма принадлежала ему, охотник даже не сомневался.
«Брось его».
Рука безропотно подчинилась. Адриан заскрипел зубами от злости и отчаяния. В том, что ему удастся выйти из этой передряги живым он не сомневался, однако искренне верил, что Ирриил не оставит его жертву безнаказанной.
«А теперь забудь все, что связано с этим ножом».
Адриан вздрогнул, получив свободу. Его ноги подкосились, и юноша рухнул на пол. Его сознание опалило огнем, он застонал, стремительно теряя сознание.
— Дяденька, дяденька, — доносился откуда-то сверху взволнованный голос. — Дяденька-а-а!
Манул поморщился, приоткрывая глаза. Облизнув растрескавшиеся губы, он глухо застонал, заставив стоящего над ним пацаненка отпрянуть.
Впрочем, местную шпану было не так-то и просто напугать. Заметив, что лежащий в придорожной канаве дяденька не спешит бить его, мальчонка тут же вернулся обратно загундосив:
— Деденька-а-а…
— Чего тебе? — рыкнул манул, обдав парнишку ненавидящим взглядом.
В голове у него было непривычно пусто и как-то звонко. Тело же болело так, словно его долго и методично лупили. Еще и пацаненок этот в лицо лез, заставляя и без того пустую голову гудеть.
— Вам передать просили… — мальчонка тут же по-деловому порылся по карманам, достав небольшой ножичек. Увидев его Май, мгновенно протрезвел, вспомнив, где он, кто он и что, собственно он тут забыл.
Заметив нездоровый блеск просветлевших глаз «дяденьки» мальчонка боязливо отскочил в сторону.
— Да не бойся ты, — рыкнул раздраженно оборотень, пытаясь встать. Сделать это оказалась не так-то и просто. Одеревенелое тело двигаться не хотело, ныли жалобно мышцы. — Помоги лучше встать, а?
Пацаненок понятливо хихикнул, юрким хорьком подскочив к Маю. Уж ему-то такая работа не впервой. Не первого пьяницу из придорожной канавы вытаскивает…
Опыт мальца не подвел. Май смог подняться на ноги, болезненно зашатавшись и чуть было опять не рухнув в обратно. Спас его от такого позора только юркий малец, вовремя придержавший от падения.
— Ох, спасибо. Спас меня, считай… — в порыве благодарности манул не поскупился на широкий жест, потрепав мальчонку по засаленным лохмам.
— А, та не переживайте, дяденька, — пацаненок отмахнулся от похвалы. — Чай не первый опыт…
Парнишка поспешил отстраниться, передав Маю ножик, намереваясь дать деру.
— Эй, пацан. А ты как меня вычислил-то? — манул поспешил спрятать ножик, с отвращением покосившись на собственные порванные штаны. Эх, Солоха его точно пришибет…
