– Привет, – хмуро бросил Банда, вдруг почувствовав, что он боится взглянуть на нее – на свою Алину! Господи, о чем он думает? Неужели же он на полном серьезе начинает ревновать ее к кому-то? И даже, пожалуй, хуже того – подозревать в чем-то таком...
Алина сразу же почувствовала некоторую холодность его ответа и удивленно подняла на мужа глаза, отрываясь от сына, который категорически не хотел отпускать ее.
– Саш, у тебя все нормально?
– А что у меня может случиться?
– Ну мало ли что на вашей-то работе... На тебе же вон лица нет.
– На работе как раз все в порядке.
– А где не в порядке? – немного захмелевшая, Алина, безусловно, догадалась, что стало причиной Сашкиного раздражения, но – о глупая женская натура! – резко пошла на обострение, почувствовав, что ее поведением недовольны.
– Алина, ты знаешь, сколько времени?
– Знаю.
– Часы у тебя есть? – Банда не замечал, что повторяется в своих вопросах.
– Я же говорю тебе – я знаю, сколько сейчас времени, – с вызовом ответила жена.
– А ты понимаешь, что мы с Никиткой волновались? И мама с Владимиром Александровичем – тоже.
– А у меня для вас есть отличный сюрприз, – Алина уже успела взять себя в руки и, постаравшись успокоиться, подошла к Сашке, нежно обнимая его за шею. – Ты хочешь узнать, что я вам принесла?
– Сначала я хочу все же узнать, почему ты нам не позвонила и где ты была, – Банда еще продолжал ворчать, но прикосновение жены уже возымело свое действие, и он обнял ее в ответ, слегка прижимая к себе; – Отвечай немедленно, а то оторву твою наглую в своей красивости голову ко всем чертям и выброшу, ясно?
– Ах, так! В таком случае ни за что не скажу – мучайся! – со смехом ответила она, целуя мужа – гроза уже прошла, и теперь между ними снова установилось понимание и доверие, это Алина чувствовала отлично.
– И все-таки, Алинушка, мы ведь, серьезно, очень беспокоились...
– Ой, ребята, сейчас я вам все-все расскажу и покажу. Но пойдемте в гостиную, пусть и бабушка с дедушкой за нас порадуются, хорошо?
– А ты знаешь, милый, что меня сейчас до дома мужчина на машине подвозил? – кокетливо спросила тем временем Алина, не выпуская Банду из своих объятий и пытливо заглядывая ему в глаза.
– Не знаю, конечно, но и не удивлюсь – ты самая красивая женщина на свете. Кому же не захочется подвезти такую красавицу, тем более без всякого для себя риска – жена-то она чужая!
– Ревнуешь?
– Нет, ты что...
– Вижу – ревнуешь!
– Ну интересно, а если бы я пришел домой среди ночи и еще похвалялся, что меня подвозила какая-то женщина? Ты бы что, промолчала в ответ?
– Ура, ревнуешь!
– Слушай, Алина, ты можешь в конце концов объяснить, что с тобой сегодня приключилось, или так и будешь мучить меня весь вечер?
– Сашка, я тебя люблю! Очень! – вдруг объявила она категорично и закрыла ему рот поцелуем.
– Дети, так где вы там? Долго ждать? – донесся из гостиной голос Настасьи Тимофеевны. Алина наконец оторвалась от губ Банды и рассмеялась:
– Уже идем, мама, сейчас!.. А мне нравится, когда ты меня ревнуешь!
– Ну, разошлась!
– Но все же ревнуешь зря. Подвозил меня мой босс вместе со своим телохранителем. И они меня не просто провожали, а сопровождали... Так и быть, Отелло, пошли, буду вам демонстрировать свою страшную тайну, а то ты от ревности скоро совсем лопнешь.
И она потащила его за руку за собой в гостиную.
Алина сразу же включила побольше света, заставила Банду и Никитку усесться на диван к Настасье Тимофеевне, а сама стала посреди комнаты, бесцеремонно заслонив Владимиру Александровичу экран телевизора, и с заговорщицким видом подняла над головой свою небольшую сумочку-кейс, в которой носила, помимо привычного дамского набора косметики, расчески и платочка, документы, если ей вдруг приходилось работать с ними и дома.
– Отгадайте, что у меня там лежит? Даю вам три попытки на всех.
– Алина, ну что за ребячество? – не выдержал отец, строго взглянув на дочь. – Мы за тебя и без того волновались весь вечер, так теперь ты еще будешь с нами играть, что ли? Где ты была? Что у тебя стряслось?
– На работе была. А стряслось...
– Что же?
– Ладно, рассказываю. Только сначала, папа, выключи свой ящик или сделай потише – надоела уже эта бесконечная и бесплодная публицистика.
– Пожалуйста! – Владимир Александрович нажал кнопку на пульте дистанционного управления, экран погас, и он снова строго уставился на дочь.
Алина устало вздохнула и опустилась в кресло рядом с ним, с удовольствием вытягивая ноги.
– Так вот, слушайте. Как представитель фирмы я не имею права раскрывать вам своих клиентов...
– Ох, нашла врагов своей фирмы – сейчас побежим с Никиткой и Настасьей Тимофеевной к вашим конкурентам продавать твои страшные секреты, – не пропустил Банда возможности съязвить.
– ...да это, собственно, и неважно, и неинтересно. Короче, на этот Новый год в одной из программ одного из телеканалов...
– Советская радистка Кэт в логове врага, знакомьтесь, – снова подколол ее Сашка.
