У Юфимии Поттер был такой мягкий голос и теплый взгляд, что Лили как прорвало. Она рассказала ей обо всем. Как напали на лагерь. Как их всех разбудил Сириус. Как Джеймс сказал им бежать. Рассказала обо всех погибших, о том, как ее спас Джеймс и о смерти Вивьен, не выдержав под конец и чувствуя, как по щекам слезы бегут.
— Не надо жалеть умерших, Лили, — миссис Поттер легко прикоснулась к руке Лили. — Сохрани в памяти хорошие воспоминания о них и отпусти.
Они немного помолчали, глядя на огонь.
— Когда встречаешься лицом к лицу со смертью, понимаешь, — продолжила миссис Поттер, — как многое ты не успел сделать. Где-то малодушно струсил, где-то был слишком горд, а где-то просто напросто не успел.
Юфимия посмотрела своими карими, точь-в-точь как у Джеймса, глазами на Лили.
— Живи здесь и сейчас, Лили, и наслаждайся каждым моментом. Особенно в такие времена. Мы никогда не знаем, когда закончится наш путь, — она ненадолго замолчала и вновь продолжила. — Знаешь, я часто смотрю на Джеймса и Сириуса, и они живут с такой жаждой, словно завтра никогда не наступит… И думаю — это правильно. Поэтому живи, Лили. Говори людям то, что хочешь сказать. Целуй любимого человека. Прокатись на скоростной метле, если вдруг захочется, — Юфимия улыбнулась так, что невозможно было не ответить.
Вот в кого у Джеймса улыбка… и глаза.
— Спасибо, миссис Поттер.
— Пойдем в столовую, я приготовила всем нам перекусить.
Лили, утерев дорожки слез с щек, пошла за миссис Поттер в столовую, где все громко переговаривались.
— Лили, ты как? — спросила Алиса, с беспокойством глядя на подругу.
— Все хорошо, Алиса, — Лили слабо улыбнулась, — есть хочется.
Алиса отрезала большой кусок от яблочного пирога, налила чашку чая и поставила перед ней. Лили посмотрела на Джеймса. Он о чем-то переговаривался с Сириусом, который хмурил брови и был необычайно серьезен.
— Надо бы домой сообщить, что с нами все хорошо, — подал голос Ричард.
Как я могла забыть!
Лили хлопнула себя ладонью по лбу. Сегодня днем они все должны были прибыть домой, родители должно быть места себе не находят. Но не успели ребята всполошиться, всех успокоил мистер Поттер:
— Все в порядке, я отправил сову вашим родителям еще днем, они знают, что вы в безопасности.
— Спасибо, мистер Поттер! — прозвучал недружный хор голосов.
— Мистер Поттер, можно включить радио? — спросила Эмелина.
— Да, включайте. Может какие-то новости появились.
Настроив радио на волну Министерства, все в столовой притихли. Диктор говорила о новых нападениях и новых потерях. Пострадало много высокопоставленных сотрудников Министерства, в том числе дядя Рипли, напали еще на один округ Англии и было множество пострадавших среди маглов.
— Монстры… — тихо сказала Алиса.
— Почему Министерство ничего не делает? — задал Бенджи всех интересующий вопрос.
— Министерство не знает, кто совершает эти преступления, не знает, какой будет следующий их шаг и где их ждать. Возможно, если знать местоположение Волан-де-Морта, можно было бы и что-то предпринять, но у нас нет этой информации, — пояснил мистер Поттер.
В столовой поднялся шум. Все стали спорить и обсуждать где может быть Волан-де-Морт, кто может состоять в его армии и кто виновен во всех этих нападениях. Джеймс не принимал участия в этих спорах, и немного погодя его куда-то увел мистер Поттер. Лили подумала, что должно быть, мистеру Поттеру известно гораздо больше, чем говорят по радио.
Лили вдруг вспомнила, что она все еще не поблагодарила Джеймса за то, что он спас ей жизнь. Им вообще все еще не удалось поговорить или хотя бы остаться наедине.
У Лили разболелась голова от шума, ей не хватало воздуха, в столовой было слишком людно и громко. Она тихонько прошла сквозь кухню и вышла через заднюю дверь на крыльцо.
Свежий воздух, наконец-то…
Лили вдохнула полной грудью прохладный ночной воздух и закрыла глаза. Ветер легко развевал ее волосы и приятно обдувал лицо. Присев на ступеньку, она положила голову на руки, сложенные на коленях. Из низкой травы доносился стрекот кузнечиков, сквозь дверь слышались отдаленные голоса ребят.
Вот теперь хорошо.
Лили услышала какой-то шум и вскинула голову. В беседке, обвитой плющом, и потому сразу не заметной в ночной тьме, сидел Джеймс. На него немного доходил свет из окна гостиной, и было видно его непривычно серьезный вид. Он о чем-то напряженно думал, между бровями пролегла складка, губы крепко сжаты и взгляд неподвижен. Лили еще не приходилось видеть такого Джеймса. Вдруг он резко повернул голову и посмотрел ей прямо в глаза.
Лили от неожиданности соскочила и хотела было вернуться в дом, но он оказался быстрее.
— Лили… — Джеймс говорил очень тихо, — не уходи.
— Прости, я… я не хотела мешать…просто вышла подышать…и отдохнуть, — Лили сама не понимала, почему оправдывается, ничего плохого она не сделала, но ей казалось, что она нарушила его спокойствие, которое было важно для него в этот момент.
— Ты не помешала, Лили, — Джеймс продолжал говорить полушепотом, — ты никогда не мешаешь.
