Повисла пауза, Лили не знала, что ей делать. Поттер стоял возле ступенек и смотрел на нее снизу вверх каким-то непонятным взглядом.
— Джеймс, — Лили на секунду запнулась, — спасибо тебе. Ты прошлой ночью спас мне жизнь и …
— Пойдем со мной, — неожиданно сказал он, прервав ее, и протянул руку.
Лили, не сомневаясь ни секунды, протянула руку в ответ.
Они вышли за периметр сада Поттеров, прошли сквозь небольшой редкий лес и оказались на маленькой круглой поляне, вдоль которой пробегала река, а по бокам был уже более густой и непроходимый лес.
— Нам туда, — Поттер указал на большой, раскидистый дуб, находящийся прямо на самом берегу.
Когда они подошли к дереву, Поттер пробормотал заклинание и на толстом стволе дерева появилась лестница.
— Дамы вперед, — сказал Джеймс и улыбнулся, кажется впервые за вечер.
За пышной кроной листвы скрывался самый настоящий шалаш. Лили влезла в проем в полу и стала осматриваться. Шалаш был поистине волшебным, во всем ощущался дух Джеймса. Пол покрывал старый, выцветший красный ковер с желтым узором. На одной из стен висело огромное гриффиндорское знамя, под которым на полу лежали два потрепанных пуфиков. У противоположной стены стоял небольшой стол и сломанный трехногий табурет. Над столом развешаны плакаты квиддичных команд, половина из них были порваны и игроки на ней вовсю выражали свое недовольство. На столе в полном хаосе лежало несколько учебников и стопки исписанного пергамента. На полке, над столом, стояло несколько детских игрушек — игрушечный снитч и деревянные игроки в квиддич верхом на метлах. В углу комнаты одиноко стояла старая метла и пара коробок, в которых что-то шевелилось.
Стены, противоположенной входу в шалаш, не было, вместо нее была лишь узкая перегородка, зато там открывался невероятный вид. Как оказалось, шалаш был размещен довольно высоко и практически прямо под ним, с сумасшедшей скоростью неслась река, за которой виднелись черные, острые верхушки деревьев.
Над лесом уже начала появляться тонкая полоска рассвета, окрашивая кончики деревьев в багряные цвета и бросая блики на реку.
— Как тебе? — Поттер оказался неожиданно близко, заставив Лили вздрогнув — она уже успела залюбоваться видом.
— Это волшебство…
Джеймс улыбнулся. Он прошел прямо к открытой стене и сел на пол, свесив ноги вниз, и одной рукой оперся на перегородку.
— Присоединишься? — Джеймс похлопал свободной рукой по полу рядом с собой.
Лили аккуратно подошла к нему, взглянула вниз на несущуюся реку, нервно сглотнула и опустилась рядом с ним.
— Я построил его, когда мне было десять, — начал говорить Джеймс, — в двенадцать усовершенствовал, добавив парочку маскировочных заклинаний. Кроме Сириуса никто не знает об этом месте…
Хоть Джеймс и говорил с ней, думал он о чем-то другом. На Лили он практически не смотрел, а глядел вдаль на восходящее солнце. Лили же не могла оторвать от него глаз.
Кто бы мог подумать, что после всего случившегося, можно так просто сидеть и вести будничный разговор.
И с кем… с Джеймсом Поттером.
Но так и должно быть…
Лили во все глаза смотрела на него и, кажется, даже не моргала. Она в мельчайших подробностях разглядывала его лицо. Глядела на черные и густые ресницы, и яркие карие глаза, за стеклами очков. На четко очерченную линию губ и на его вьющиеся волосы, к которым нестерпимо хотелось прикоснуться.
Но Джеймс, словно не замечая ее пристального внимания, продолжал неспешно рассказывать про свое тайное место. И, когда он закончил, они какое-то время сидели молча, просто наслаждаясь прекрасным видом.
Вдруг рука Лили случайно дернулась и она соприкоснулась с рукой Джеймса. Не успела она ни о чем подумать, как Джеймс переплел их пальцы.
Лили казалось, что так они просидели целую вечность. Она уже не смела смотреть в его сторону, боясь спугнуть этот момент, и только изредка поглядывала на него из-под опущенных ресниц.
Джеймс медленно повернулся к ней, от чего их лица оказались всего в нескольких дюймах друг от друга.
Его глаза были словно плавленый шоколад, словно тягучий свежий мед, словно тот самый огневиски, в котором она рисковала потонуть. У нее не было сил отвести взгляд, да и желания тоже. Джеймс приблизился еще ближе.
Поцелуй же меня, поцелуй! А то я не выдержу и сделаю это сама!
У Лили по спине бегали мурашки, все нутро так и тянулось к нему навстречу. Джеймс, слегка наклонив голову и приблизившись так близко, что у них начали соприкасаться кончики носов, прошептал:
— Лили…
Она не успела ничего ответить, как он накрыл ее губы своими.
Вначале он прикоснулся очень робко и нежно, но когда Лили подалась ему навстречу, он осмелел и его губы стали более настойчивыми. Он обхватил ее голову рукой, прижимаясь сильнее.
Проведя языком по ее нижней губе, от чего ее рот приоткрылся, Джеймс углубил поцелуй. Они разжали, наконец, руки, и одну Джеймс сразу же запустил в ее волосы, а вторую опустил на талию, притягивая к себе еще ближе.
