Она старалась заглушить голос Блэка, который говорил, что она бездарная, который все повторял, что она не такая уж и красивая, который ни на минуту не замолкал, напоминая, что она ему надоела.
Хотелось уснуть, забыться, никогда не выходить из этой комнаты, никогда не появляться в той реальности, которая ждала за дверью. Хотелось, чтобы хотя бы на миг из головы ушел Блэк, который раз за разом повторял одни и те же слова.
…лучше бы я была с тобой в тот день, Джо, когда ты…
Почему я тогда не сбежала из дома?
— Не говори глупости, София…
София медленно открыла глаза и села на кровати.
— Джо?
— Привет, Пончик, — улыбнулся Джори.
София не верила своим глазам, не моргая глядя на Джори. На настоящего Джори, который сидел рядом с ней в своей любимой фланелевой рубашке в клетку и синих джинсах. Настоящий Джори, который улыбался своей настоящей улыбкой, от которой ей всегда становилось легко и уютно.
— Я сошла с ума?
— А я все ждал, когда ты это заметишь, — Джори улыбнулся еще шире.
София не сдержала нервной усмешки, криво улыбнувшись.
Она все никак не могла на него насмотреться. Она старательно запоминала каждую его ресничку, каждую родинку и каждый дюйм. Делала все то, что не сделала в их последнюю встречу.
Она хотела прикоснуться к нему, но боялась, если заденет его, призрачный образ тут же растает.
— Почему ты сидишь тут одна, София?
— Потому что ты бросил меня…
— Вполне понимаю твое желание обвинить меня, но, — Джори строго посмотрел на нее, — пора бы уже смириться, София. Скоро будет год, как я умер…
— Пропал! — поправила его София.
— Умер, София. Я умер.
Она почувствовала, как горло опять сдавили слезы. Тихо всхлипнув, она тут же зажала рот ладошкой, боясь разрыдаться.
— И не надо делать вот это кислое выражение лица. Тоже мне! — фыркнул Джори.
Она молча смотрела на него сквозь пелену слез и не рискуя отнять ладонь ото рта, переживая, что вся боль тут же вырвется наружу с отчаянным воплем.
— Смотри, — произнес Джори, направив палочку на обои, на которых пони тут же пустились вскачь по воздушным облакам.
София все еще боялась отвести от него взгляд, думая, что он сразу исчезнет, стоит ей отвернуться.
— Никуда я не денусь, — сказал он, словно почувствовав ее страх.
— Однажды уже делся…
Он на нее посмотрел, беззаботно улыбнувшись.
— Скажи, Джо… это я виновата? Из-за меня всю твою семью?..тебя…
София всегда боялась, что к убийству его семьи причастен ее отец, который не раз угрожал расправой. И она знала, если это подтвердится, она не переживет эту вину.
— Конечно, нет, София, — мягко сказал он. — Господин Луи ведь говорил тебе, что это сделали безумные фанатики Грин-де-Вальда.
Джори задумался, почесав затылок, и медленно произнес:
— И когда их всех уже переловят… тридцать лет прошло, а они все не переведутся.
Он взял теннисный мячик с прикроватной тумбочки и стал кидать его о противоположную стену. София слушала гулкие удары мячика, который ударялся о пол, отскакивал в стену и возвращался в руки Джори, и все еще не могла отвести взгляда от него, ища какой-то подвох.
— Как думаешь, — спросил он, в очередной раз кинув мячик, — Блэк придет извиняться?
Нет, нет, уходи из моей головы, Блэк, уходи…
…только не сейчас, не когда со мной Джо, уходи…
София начала понимать, что все это нереально, что все это ее подсознание и больное воображение. А может, и у Выручай-комнаты есть такая особенность — вызывать дух умершего. В любом случае, ей хотелось хотя бы немного побыть с Джори, но даже тут Блэк не мог оставить ее в покое.
— Слышать о нем не хочу! — выпалила София.
— Хочешь-хочешь, — сказал он, подмигнув ей.
— Ты же слышал, что он сказал! — с надрывом произнесла она. — О том, что я бездарная… вот это все!
— София, — Джори устало поморщился, — это же Блэк, у него не язык, а помело. Уверен, он так не считает…
— Даже не вздумай его выгораживать!
— И не собирался, — улыбнулся он. — Но ты ведь видела его реакцию, как он перетрухал, когда тебя увидел, а? — Джори коротко рассмеялся, посмотрев на нее взглядом, полным задора. — Согласись, это было забавно.
— Нет, не было, — бесцветным голосом сказала она.
— А я бы еще раз на это взглянул, — искренне сказал он и задумчиво посмотрел на нее. — Ты вообще сама на себя не похожа в последнее время. Ходишь вечно с этой беспросветной тоской на лице, вместо того, чтобы подойти к Блэку, вытрясти из него всю душу и поддать ему под гриффиндорский зад за все страдания.
— Ты не представляешь, как бы мне этого хотелось…
— Ну, еще не поздно…
— Поздно! — перебила она. — Уже слишком поздно! Пусть катится ко всем чертям!
— Это он еще успеет, — уверенно сказал Джори, — подумай лучше, что скажешь ему, когда увидишь…
— Я к нему и на милю не подойду!
— Ему будет очень не удобно перед тобой извиняться с такого расстояния.
— Никогда его не прощу! Никогда! — выдавила она, стараясь сдержать слезы.
— Напрасно, София, — сказал Джори, — ведь он, как никто другой, сможет сделать тебя счастливой. Даже мне это было не под силу, — добавил он, грустно улыбнувшись.
