Она действительно слышала об этом последний раз в сентябре. Тогда она еще толком не знала, кто такой Темный Лорд, ей был неприятен Снейп, и ей было глубоко плевать, что за дела их могут связывать.
— Хорошо, — медленно протянул Сириус, глядя на нее, придерживая для нее дверь в спальню и заходя следом. — Тогда еще один вопрос.
София вопросительно приподняла брови, снимая на ходу мантию и оставаясь в одной футболке Сириуса.
— Как ты поняла, что Рем — оборотень?
О том, что она все знает, он узнал, случайно услышав ее разговор с Ремусом, и все никак не мог дождаться подходящего момента, чтобы выведать у нее все подробности. И главное, как она это узнала. Не сказать, что Сириус сомневался в умственных способностях Софии, но он не верил, что она смогла самостоятельно выяснить о ликантропии всего за три месяца. Даже им для этого потребовался целый год.
— Не знаю, — ответила она, отворачиваясь от него и отводя взгляд. — Как-то само…
— Я за милю чувствую твоё вранье, — с жесткостью в голосе произнес он, беря ее за руку и разворачивая к себе. Сириус мог стерпеть от нее что угодно, любую черту ее несносного характера, даже совершенно неуместные шутки о чистокровности, но только не ложь.
Она подняла на него злой взгляд. Хотя злость скорее была обусловлена его грубым тоном, потому что она быстро сменилась нервозностью.
— Обещай, что не будешь психовать, — произнесла она.
— Не могу, — усмехнулся он, уже чувствуя, как в груди поднимается нечто нехорошее.
— В общем… — София на мгновение прикрыла глаза. Как бы ей не хотелось выдавать Регулуса, она понимала, что Сириус все равно узнает правду. Тянуть уже не было смысла. — Мне Регулус рассказал.
Сириус долго всматривался в ее глаза, сдвинув брови и нахмурившись.
— А он-то откуда знает?! — воскликнул он.
— Он сказал, что только кретин не догадается.
Сириус громко выругался в ответ. Он даже и подумать не мог, что брат может быть в курсе об этом. Такого ответа он никак не ожидал. И не знал, что предпринять. В груди поднимался гнев в перемешку с паникой. Сириус боялся за Ремуса. Ведь он не переживет, если студенты узнают о его проблеме, если начнется травля или открытое презрение. И Сириус не представлял, как этому помешать, он не сомневался, Регулус об этом всем расскажет, особенно, после случившегося.
— Послушай, вряд ли он об этом кому-то расскажет…
— Ты ему доверяешь? — злобно прошипел Сириус. — После всего, ты продолжаешь верить ему?!
— Он знает о Люпине уже пару лет! — повысив голос, перебила она его. — И никому до сих пор не рассказал!
— Потому что повода не было! — в ответ прокричал Сириус. — Ты так и не поняла, что он за человек? Он просто ждет удобного случая, чтобы подгадить! Всем нам сразу!
София устремила на него полный скептицизма взгляд, явно не согласная с таким мнением.
— А после сорванной помолвки, он обязательно всем растреплет! — продолжал разоряться Сириус. — Ты хоть представляешь, что будет с Ремом, если все узнают?!
— А что ты на меня орешь?! — не выдержала София. — Как будто это я Регулусу рассказала обо всем!
— Черт, — Сириус провел по лицу руками, достал сигареты и прошел к окну, распахивая раму. — Прости, — нехотя сказал он, не поворачиваясь к ней и подкуривая от палочки.
— Не надо паниковать раньше времени, — сказала она, вставая рядом и забирая сигарету из его пальцев. — Лично я, сомневаюсь, что он расскажет об этом кому-то…
Сириус снова метнул на нее злой взгляд, усмехнувшись, и доставая новую сигарету для себя.
— Почему? — спросил он. И на ее вопросительный взгляд, добавил: — Почему ты веришь, что он весь из себя такой хороший?
Сириус все еще не мог смириться с отношениями между ней и его братом. Какими бы эти отношения ни были. Его неимоверно злила ее забота о нем и переживания, ее вера, что он не скользкий гад из семьи психопатов и расистов, и который полностью их поддерживает. Злило ее неравнодушие.
— Я не… — София прервалась на полуслове, не зная как объяснить свои чувства. — Я не думаю, что он весь из себя хороший. Но я и не думаю, что он такой козел, как ты говоришь.
— Интересно было бы тебя послушать, если бы ты сейчас с кольцом на пальце на площади Гриммо сидела, — прошипел Сириус, приблизившись к ее лицу.
София закрыла глаза на мгновение, стараясь унять бурю в душе.
— Я ему этого никогда не прощу! — отчетливо сказала она, с гневом посмотрев на Сириуса. — Никогда не прощу обман и предательство. И я…
— Он предал тебя, — перебил Сириус, не сводя с нее взгляда, — так почему ты думаешь, что он не сможет поступить так же и со мной, рассказав всем секрет моего друга?
— Потому что тебя он никогда не предаст, — ответила София. Она действительно в это верила. Исходя из рассказов Регулуса о Сириусе, о их детстве, о их былой дружбе, она верила и знала, что он никогда не предаст своего брата.
Сириус зло рассмеялся.
— Как тогда называется то, что он хотел жениться на тебе?! — не выдержал он, все сильнее повышая голос. — Зная, что я тебя… Зная, что ты со мной!
— Ну, очевидно, он думал, что для тебя это ничего не значит! — прокричала она в ответ.
