— Ну, мне даже понравилось, — ее лицо совершенно неожиданно озарила счастливая улыбка.
— И ты плачешь…
— Это скорее… — она вновь смутилась, опустив взгляд, — такая реакция на… ну, неважно.
Она накинула мантию прямо на голое тело и потянулась за палочкой, чтобы очистить лицо от размазанной косметики.
— Ты правда не расстроена? — все еще не веря в происходящее спросил Ремус. Он всё ещё не спускал с нее взгляда, и ожидал, что она разразится рыданиями и попросит его больше не приближаться к нему.
— Правда, — улыбнулась она. Эшли села рядом с ним и снова достала палочку. — Хочешь докажу, что я по-настоящему счастлива?
Ремус только кивнул в ответ.
Она произнесла заклинание и взмахнула палочкой, из кончика которой вырвалась маленькая светящаяся бабочка. Патронус.
— Мы уговорили Мортема на прошлом занятии научить нас, — сказала она, выставив вперед руку и позволяя бабочке сесть на ее пальцы. — А то он только вам показывал это заклинание. А мы тоже хотим уметь.
Эшли вела себя так, словно ничего плохого с ней только что не произошло. И это вводило его в некоторое замешательство. Он так боялся этого момента, так оттягивал его, а оказалось, что зря.
— Потрясающе, — произнес Ремус, не в силах оторвать взгляд от бабочки. Ее яркое голубое свечение красиво выделялось на фоне красных огоньков.
***
Вернулись в пуффендуйскую гостиную они только под утро, когда уже стали просыпаться первые студенты.
Ремус проводил ее до спальни, забрал свой подарок и поцеловал на прощанье.
— Значит, ты точно ни о чем не жалеешь? — спросил он в тысячный раз. — Я хочу знать, если что-то было не так.
Она помотала головой, расплываясь в улыбке.
— Не жалею. Не дождешься.
Он облегченно выдохнул в очередной раз, и прижал ее еще крепче к себе, поцеловав в макушку. Они долго обсуждали случившееся и пришли к выводу, что с этой проблемой Ремуса вполне можно работать. И Эшли сказала, что она знает, что нужно делать, и чтобы Ремус об этом даже не переживал.
Правда, Ремусу не совсем нравилась идея, что ей придется пить какие-то зелья каждый раз. Эшли его, конечно, заверила, что это полностью безопасно. Но ведь даже если она не чувствует боли, он все равно наносит ей увечья. И это его беспокоило.
— Через пару часов нам уже в Хогсмид идти. От празднования не отвертеться, — притворно вздохнул Ремус, а про себя подумал, что не отвертеться ему от полного отчета перед Мародерами.
— Встретимся в холле? — спросила Эшли, выпутываясь из его объятий.
— Встретимся в холле, — кивнул он.
Ремус поднимался по лестнице в свою спальню и от всей души надеялся, что друзья еще спят. Или их и вовсе нет в спальне, а они у своих подружек.
Он бесшумно подошел к двери и также бесшумно ее приоткрыл. Не дыша, он прислушался — в спальне стояла полная тишина, ни шороха, ни вздоха. Он уже успел обрадоваться и отворить дверь шире, сделав шаг внутрь, как услышал голос Джеймса.
— А мы тебя заждались!
— О, нет, — простонал Ремус, замечая, что все уже одетые сидят на своих кроватях и, очевидно, ждут его.
— Ты чего крадешься, как будто не к себе заходишь? — усмехнулся Сириус, сидя с Картой в руках.
— Надеялся, что вы спите, — буркнул Ремус и направился прямиком в ванную комнату.
— Ну как все прошло? — спросил Джеймс, не спуская с него горящего взгляда. — Эшли поздравила тебя по полной программе?
— Не твое дело, — ответил Ремус, чувствуя, как губы против воли растягиваются в широкой улыбке.
Он уже слышал радостные возгласы друзей и поспешил захлопнуть дверь в ванную, чтобы хотя бы их не видеть.
***
— Никаких вопросов, Джеймс, — сказал Ремус, одеваясь для похода в Хогсмид. Все друзья уже были готовы и ждали только его. — Я не буду ничего рассказывать. И у Эшли ничего не спрашивай! — добавил он, наперед зная, что и такое может быть.
— Ладно, не буду, — проворчал Джеймс, которому не досталось никаких подробностей, которые он так ждал.
— А ты Сириус даже не смотри в ее сторону, — сказал Ремус, посмотрев на второго своего друга. Он прекрасно знал все это масляные взгляда Сириуса, которые без лишних слов способны в краску вогнать.
— Сколько условий! Беспредел! — притворно возмутился Сириус.
— Это мой день рождения, прошу я вас только об этом, — произнес Ремус.
— Хорошо, один день потерпим, а уж там…
— Так, мы все взяли для пикника? — перебил его Ремус, сменив тему.
— Всё, — кивнул Джеймс и показал на увесистый рюкзак.
— И даже больше, — добавил Сириус, закидывая гитару на широком ремне, через плечо. — Огневиски с собой, а сливочное пиво и медовуху по пути купим.
— А еду? — вспомнил Ремус.
— Мы Лили и Софию напрягли, они зайдут на кухню, — беззаботно ответил Джеймс.
— Как-то неудобно получилось, — проговорил Ремус. Ему совсем не хотелось «напрягать» девочек.
— Да ладно тебе, им не сложно, — сказал Сириус. — Ну все, погнали.
В холл они подошли все одновременно. Мародеры вместе с Белби, которую встретили по пути, и Лили с Софией, поднявшиеся из подземелий вместе с Эшли.
