— Видишь ли… У меня ощущение, что мужчинам из консервативной партии как-то проще принять идею о равных возможностях женщин по сравнению с ними. В принципе, их куда больше интересует, что ты умеешь, можешь и что предлагаешь. Им важны твои деловые качества плюс умение привлекать сердца и умы избирателей. А вот дамы… Им известно, что сочетать семью и профессиональную деятельность женщине сложно, и они ревнуют ко всем, у кого это получается хоть немного лучше, чем у них самих. Они уверены, что ты не сможешь служить двум господам, — объяснил свой вопрос Дэнис.
— То есть, они уверены, что вариантов всего два: или округ останется без достойного кандидата, или ты останешься без любимого бекона на завтрак? — подмигнула мужу Маргарет.
— Да, примерно. Или дети отобьются от рук, станут прогуливать школу или стрелять из рогатки по окнам… Или что у нас будет нестриженный газон, и наши сорняки распространятся к соседям…
— Веселая перспектива…
— Подумай, кто на самом деле тебе вставлял палки в колеса три года назад, когда ты пробовала стать кандидатом в округе Орпингтон? Помнишь, как мы смеялись, будучи уверенными в твоем преимуществе перед этим провинциалом Доналдом Самнером? Так вот, я говорил потом с некоторыми членами комиссии… Нет, не надо так удивленно вскидывать брови, зачем тебе ранние морщины… Конечно, голосование тайное, но вот почему бы не признаться за скотчем, как голосовал ты, когда уже все закончилось? Все, абсолютно все джентльмены из комиссии, с которыми я общался, утверждали, что голосовали за твою кандидатуру. У дам, как ты понимаешь, я не мог поинтересоваться. Они, к сожалению, не так любят скотч!
И, слегка ударив ладонью по столу, Дэнис сам расхохотался своей удачной шутке, и Маргарет присоединилась к нему. Они даже не услышали, как няня с детьми вернулась домой с прогулки.
— Что ж, раз дамы не любят скотч, давай выпьем чаю. Его любят все англичане, независимо от пола, — сказала Маргарет. — А то у меня от смеха аж слезы выступили.
Муж и жена вышли в холл и застыли от неожиданности. Марк и Кэрол были все в грязи, а няня пыталась их раздеть с минимальным уроном для ковров и обоев.
— Мама, полисмен арестовал наш мяч! — сказал Марк, чуть не плача. И, указывая на сестру, продолжил. — Это все она виновата!
— Это не я, это он бросил его прямо в клумбу! — не осталась в долгу Кэрол.
— А кто за ним полез? Если бы не полезла, никто ничего бы не увидел! — и он замахнулся на сестру грязной лопаткой, которую тут же выхватила няня.
— Барбара, — сказала Маргарет, до того наблюдавшая за сценой молча, — вы, как независимый наблюдатель, можете объяснить, что произошло?
— Да, мэм. Наш мяч у суперинтенданта Рэниле Гарденс. Мы пошли в этот парк, чтобы дети могли поиграть в новом месте, но оказалось, что там запрещены игры с мячом… Я прочитала надпись об этом детям и предложила им самим принять решение: или мы уходим в знакомое место, или я прячу мяч и мы играем чем-то другим. Как обычно, дети поспорили: Марк согласился идти без мяча, а Кэрол наотрез отказалась…
— Нет, все наоборот было! Я была согласна идти в парк и играть в песочнице! — возразила Кэрол, пока Марк пыхтел над шнурками от ботинок.
— Это не столь важно, чтобы перебивать взрослых. Продолжайте, пожалуйста, Барбара, — сказал Дэнис.
— Да, Кэрол права, все так и было… Дети спокойно играли, и Марк познакомился с новым мальчиком. Они в песочнице были, а я катала на качелях Кэрол. И тут Марк, как я понимаю, решил продемонстрировать новому другу свою «взрослость». Он выхватил из пакета и пнул мяч, который перелетел через ограду и попал прямо в клумбу. Это за секунды произошло, я даже не успела качели с Кэрол остановить и помешать ему! — сказала няня.
— Не волнуйтесь, Барбара. А откуда взялся полицейский? — спросила Маргарет.
— Пока я объясняла Марку, что так делать нельзя, Кэрол, желая помочь, перелезла через ограду и оказалась на клумбе. Я за ней, конечно… Вынула ее, грязную, из клумбы вместе с этим мячом, убрала в пакет. А тут из-за кустов выходит суперинтендант, смотрит на нас, грязных по колено, и спрашивает, все ли в порядке. Кэрол — нет, чтобы промолчать! — отвечает: нет, сэр, мой брат мяч бросил в клумбу, а я спасла нашу игрушку, прямо как полиция спасает людей… Суперинтендант и говорит: «Юная леди, в этом саду запрещены игры с мячом, я вынужден его изъять. И меня еще отчитал, как школьницу…» В общем, думаю, забрать его можно, только вот выслушать лекцию придется. Я отмою детей, и мы можем сходить вместе с вами, мэм, — подытожила Барбара.
— К сожалению, сегодня не получится. Через два часа у меня встреча с вице-президентом тори мистером Кэберри, а я еще не успела обдумать, как отвечать на его вопросы, — ответила Маргарет и, обращаясь к чумазым двойняшкам, строго продолжила: — А вот вечером, когда я вернусь, мы еще обсудим ваше поведение, дети. За мячом мы должны пойти вместе. И каждый из вас принесет свои извинения за нарушение правил. Только тогда нам смогут вернуть игрушку.
