— Как именно он вмешивался в ваши дела? — спросил Петер.
Бритый парень по другую сторону стола вздохнул:
— Он хотел разбить нас, рассорить.
— Как?
— Лез в вещи, которые его не касаются.
— Что за вещи?
— Я не хочу это обсуждать.
Стало тихо.
— Может быть, это конфликт из-за того, что кое-кто больше не захотел участвовать в вашей компании? — сказал Юар и откинулся на спинку стула, сложив руки на груди.
Точно в такой же позе сидел Тони Свенссон.
— Может быть, — ответил Тони.
— И что вы тогда сделали? — задал вопрос Петер.
— Когда?
— Когда Якоб Альбин стал вмешиваться в дела, которые его не касались?
— А… тогда…
Тони переменил позу, адвокат тихо перебирал свои бумаги. Очевидно, уже готовился к работе со следующим клиентом.
— Я постарался объяснить ему, что он должен заниматься своими делами и не совать нос в чужие, — наконец ответил Тони.
— Объяснил каким образом?
— Я позвонил ему и сказал, чтоб катился к черту. И еще отправил пару мейлов.
Юар и Петер машинально принялись листать лежащие перед ними распечатки электронных писем.
— А что еще вы писали в этих мейлах? — спросил Юар.
— Бля, они же перед тобой! — взорвался Тони Свенссон. — Вот и зачитай, чтоб тебя!
Юар откашлялся и прочел вслух:
— «Альбин, опасно ходишь. Завязывай с этой херней, пока не поздно». — Он поднял взгляд. — Это вы писали?
— Да, — ответил Тони Свенссон. — И я чё-то никак не вижу здесь угроз.
— Погоди, — сказал Петер. — У нас еще есть. — И прочитал: — «Не унимаешься, поп. И никак не догонишь, что в конце концов поплачут-то по тебе!»
Тони Свенссон засмеялся:
— И все равно никаких особенных угроз.
— Ну, не знаю, — сказал Юар. — Когда человеку намекают, что по нем будут плакать, то не имеют в виду ничего хорошего.
— А кто это сказал? — ответил Тони и подмигнул одним глазом.
Это подмигивание взбесило Юара, и Петер почувствовал, как атмосфера в допросной в одну секунду переменилась.
— Вот как? — сказал Юар, пытаясь вновь перехватить инициативу. — Тогда зачитаем кое-что покрасивее: «Тебе следует прислушаться к нам, поп. У тебя будут проблемы, как у Иова, если ты незамедлительно не прекратишь свою деятельность».
Тони Свенссон онемел, лицо его застыло.
Он склонился над столом и поднял палец.
— Вот этой хрени, — проговорил он отчетливо, выговаривая каждый слог, — я в жизни не писал.
Петер приподнял бровь.
— Нет? — спросил он с наигранным удивлением. — Значит, вы считаете, что кто-то другой начал рассылать угрозы Якобу Альбину с вашего компьютера и с той же самой подписью «СН»?
— Что, письмо отправлено с моего компьютера? — громко спросил Тони Свенссон.
— Да, — ответил Петер и уткнулся в свои бумаги.
Из которых следовало, что это неправда. Это был чистый блеф, лишь для того, чтобы услышать, что скажет Свенссон. Сообщение, которое он только что процитировал, было одним из тех, что пришло не с домашнего компьютера Тони Свенссона.
Тони Свенссон заметил, как Петер изменился в лице, и спокойно откинулся назад.
— На пушку берете. Так я и думал, — сказал он.
— Значит, вы утверждаете, что кто-то другой тоже посылал мейлы Якобу Альбину на ту же тему. Кто-то еще, а не вы?
— Да, так я утверждаю, — упрямо заявил Тони Свенссон. — Все письма, что я посылал священнику, я посылал со своего компьютера.
— Вы имеете в виду компьютер, который мы только что забрали? — съязвил Юар. — Мы только что произвели обыск у вас дома и изъяли кое-что из ваших вещей.
Темные глаза потемнели еще больше, и Петер заметил, как у Тони Свенссона дернулся кадык. Но он ничего не сказал.
«Ловок, — подумал Петер. — Знает, где нужно отступить».
— Ну и что еще вам надо? — зло сказал Тони. — Я тороплюсь.
— А мы не торопимся, — жестко сказал Юар. — Что вы сказали, когда звонили Якобу Альбину?
Тони нарочито громко вздохнул.
— Я оставил всего три сообщения на его автоответчике, — сказал он. — И они почти слово в слово повторяют то, что написано в письмах. То есть в тех, что посланы с моего компьютера.
— Вы пытались еще связаться с Якобом Альбином? — спросил Юар.
— Нет.
— Вы бывали у него дома?
— Нет.
— Каким образом мы тогда нашли отпечатки ваших пальцев на его входной двери? — осведомился Юар.
Петер замер.
Тони Свенссон тоже выглядел обескураженным.
— Ладно, был я там, в дверь звонил. Колотил в дверь, кричал. Но никто не открыл, и я ушел.
— Когда это было?
— Надо вспомнить. — Он задумался. — Неделю так назад. В субботу вроде.
— А зачем? — спросил Юар. — Если не было необходимости рассылать дальнейшие письма, то…
— Я боялся, что ошибся, — со злостью ответил Тони Свенссон. — Я посылал их, чтобы этот хрыч успокоился, чтобы не совался в наши дела. А потом все само рассосалось, ну, проблема у нас в группе. По крайней мере, мы с ребятами так решили. Парень, с которым мы не сошлись, — мы с ним разобрались по-хорошему. Но потом еще одна хрень случилась, и я снова решил, что этот поп опять влез. И тогда я поехал к нему. Но это был один-единственный раз.
Юар медленно кивнул.
— Единственный раз? — повторил он.
