Мужик медленно подошел ко мне. Его движения были какими-то рваными. Будто бы он преодолевал сильнейшее сопротивление. Одним движением толкнул меня в кресло. Я мешком рухнула и смогла лишь что-то возмущенно, но невразумительно промычать. Страх перед безумного вида старикашкой сковал и даже дышать полноценно не давал. Он склонился надо мной и вгляделся в глаза. Я замерла, как кролик перед удавом. Мужчина долго вглядывался в мои глаза. Хмурился, бесшумно шевелил губами и напоминал сумасшедшего маньяка. Резко выпрямился, выдохнул, как перед прыжком в воду и схватил меня за голову. Мой вскрик потонул в нарастающем гуле. В темноту я провалилась почти в ту же секунду. Перед глазами проносились с бешенной скоростью картинки недавнего прошлого. Вот река между нависающими скалами. Вот я отчетливо называю Тая вампиром, кажется, голову сдавили сильнее, будто хотели не видеть воспоминания, а мозги из черепной коробки выдавить. Вот дом, разговоры с домашними, нападение водителя, посещение Нии, переправа на остров, дни у Белого Эла похожие один на другой. Момент моего феерического пробуждения после приема яда… И я мысленно зажмурилась, будто это могло помочь скрыть от этого мозгоковырялкина хоть что-то… Но вдруг темнота. Абсолютная. Заполнившая все и затягивающая все глубже и глубже. К горлу подкатывает тошнота. Ощущение падения. И мы в пещере. Холодно. Темно. Влажно. Запах грязи, земли и плесени. Запах крови и жуткая жажда. А где-то капает вода. И я ощущаю себя совсем маленькой и беззащитной. Хочу к маме. Мне холодно. И очень страшно. Свет ударил по глазам так внезапно, что я зажмурилась. Вжалась в кресло и попыталась обхватить себя руками, чтобы согреться. Дрожь била все тело. Голова гудела. Пульсирующая боль причиняла немыслимые мучения. Подтянула колени к голове, забравшись на кресло с ногами. Зажала голову между коленей и обхватила руками. Я даже не пыталась понять, где я, что произошло, и что делать дальше. Нужно было время, чтобы прийти в себя. Рядом кто-то что-то шипел, кто-то что-то хрипел, но я вообще была на грани обморока. И в этот обморок я и боялась упасть и снова оказаться в той пещере, которая всегда навевала ужас, и хотела уйти в беспамятства, в надежде, что это принесет облегчение. — Что произошло? — громыхнул голос Тая. Он вытряхнул меня из кресла. Схватил за плечи, попытался найти ответ в моем лице. А я. А надоели все. Крутят, вертят, нападают, раздевают, пытают, что хотят, то и делают. И я сдерживаться больше не в силах. Взяла и разрыдалась. От души. Выплескивая все страхи, всю боль от избиений всякими психами, от унижений, которые было не перечесть и от безвыходности ситуации. Рыдала, не стесняясь и не скрываясь. Не сопротивлялась его хватке. Просто выплескивала все, что накопилось. И выходило это все из меня со слезами, соплями, всхлипами и завываниями. А вот получите товарищи изверги женскую истерику, как хотите, так и справляйтесь.
