— Читайте, — едва промолвила она. — Завтра это прочтет весь Париж, если я откажусь дать требуемую сумму. Более того… чтобы заставить меня быть сговорчивей, он похитил Аделаиду. Я в его руках, Аркадиус, и он не выпустит меня! Он прекрасно понимает, что император ни за что не согласится быть замешанным в скандале, увидеть свое имя рядом с именем убийцы.
— Убийцы? Да в этом нет ни слова правды!
— Увы. Защищаясь, я невольно убила Иви Сен-Альбэн. Английская полиция разыскивает меня.
— Ax!..
Аркадиус тяжело опустился на сиденье. Марианна со страхом заметила, как он побледнел, и у нее промелькнула мысль, не оставит ли ее и он на произвол судьбы… Но Жоливаль только достал из кармана громадный батистовый платок и, обняв рукой Марианну за плечи, стал по — братски вытирать непрерывно катившиеся слезы.
Сильный запах одеколона наполнил карету.
— И сколько хочет этот… джентльмен? — спросил он спокойно.
— Пятьдесят тысяч ливров… в течение трех дней. Он даст мне знать, где и как передать их ему.
Аркадиус восхищенно присвистнул.
— Черт возьми! У него недурной аппетит! Насколько я понимаю, это только начало! Он не остановится на такой счастливой дороге, — добавил он, пряча в карман платок.
— Вы думаете, что он предъявит и другие требования?
Это и мое мнение, но он обещал, если я заплачу, не трогать меня один год и… вернуть в целости и сохранности Аделаиду.
— Как это любезно с его стороны! Мне кажется, вы не собираетесь проникнуться к нему доверием?
— Ни на секунду, но у нас нет выбора. Он удерживает Аделаиду и знает, что я сделаю все, чтобы сохранить ей жизнь. Если я пущу полицию по его следу, он безжалостно убьет ее! Если бы не это, мы уже были бы на пути к дому герцога Отрантского.
— ..который не смог бы принять вас, ибо он присутствует на свадьбе императора. К тому же ничто не говорит за то, что он сумел бы воспрепятствовать появлению этой гадости. Труднее всего бороться с пасквилями. Они появляются каждый день. Нет, я спрашиваю себя, не сможем ли мы сами найти мадемуазель Аделаиду. Я знаю не так уж много мест, где Фаншон могла бы ее спрятать, ибо вы прекрасно понимаете, что она в ее руках!
— Может быть, в каменоломнях Шайо?
— Категорически нет! Дезормо не сумасшедшая! Она прекрасно знает, что это уютное местечко больше не является для нас тайной. Нет, она должна была поместить ее в другом месте, но придется действовать так осторожно, чтобы, не привлекая внимания, убедиться в этом, потому что я думаю, так же как и вы, впрочем, что англичанин без колебаний покончит с пленницей, как он пригрозил вам. Я надеюсь только, что он выдержит срок договора и мы получим ее, отдав выкуп.
— А… если он не сделает это? — с ужасом спросила Марианна.
— Вот почему мы должны попытаться открыть, где он прячет ее. В любом случае, как вы сказали, у нас нет выбора. Нам нужно сначала заплатить. Затем…
Он замолчал. Марианна увидела, как сжались его челюсти под короткой черной бородкой. Ее вдруг пронзило ощущение несгибаемой воли, такой же, как у Франсиса, скрывавшейся в этом невысоком человеке, любезном и хрупком, в изысканном изяществе которого проглядывало даже что-то женственное.
— Затем? — подсказала она.
— Использовать любую отсрочку для нападения. Надо поставить лорда Кранмера в такие условия, чтобы он не был в состоянии вредить нам.
— Вы хорошо знаете, что у меня только одно желание: расторгнуть мой брак, чтобы обрести право стать самой собой.
— Этого будет, без сомнения, недостаточно.
— Итак?
— Итак, — начал Жоливаль с величайшей нежностью, — в случае, если император не сможет подарить вам его голову, я думаю, нам нужно будет самим добыть ее.
Хладнокровно излагая этот смертный приговор, Аркадиус нагнулся вперед и постучал тростью в окошечко за кучером.
— Эй, Гракх!
Появилось круглое лицо юного возницы.
— Господин виконт?
— В Тюильри, мой мальчик!
Этот адрес поразил Марианну, обдумывавшую предложение ее друга. Она вздрогнула.
— В Тюильри? Зачем?
— А разве вы не должны встретиться там с князем Клари, который обещал провести вас на большую галерею Лувра, чтобы наблюдать за выходящей из капеллы императорской парой?
— Вы серьезно думаете, — возмутилась Марианна, — что я хочу увидеть этот… маскарад?
Аркадиус громко рассмеялся, разрядив обстановку.
— Я вижу, что вы по достоинству оценили усилия его величества императора и короля в части одежды, но от этого зрелище ничего не потеряет и…
— ..и не лучше ли будет честно признаться, что вы хотите избавиться от меня! Что вы собираетесь делать, Аркадиус?
— Ничего особенного. Хочу съездить в одно место и надеюсь, что вы предоставите мне карету, в которой теперь совершенно не нуждаетесь.
— Возьмите ее, только прежде отвезите меня домой.
Гракх, мы возвращаемся, — распорядилась Марианна, в свою очередь постучав по стеклу.
Ей хотелось выпытать у Жоливаля, какова цель его поездки, но она знала по опыту, что он был очень скрытным и заставить его говорить, когда он решил молчать, невозможно.
