«…Обрадовались Твоему письму. Спасибо большое. Столько времени не было от вас известий, а слухов в газетах так много — вот и все. У нас пока все, слава Богу, более или менее благополучно. Сюда понаехало, конечно, много пакостников и т. д., красногварда и пр., ну и держат нас опять строже. Из того дома перевели всех сюда, порядочно тесно, ну да ничего, Бог даст… Погода весенняя; снег хорошо тает, и воды всюду много. Солнце отлично греет, и мы уже начали загорать. Сегодня было 7 гр. в тени и сильный ветер. Да, мы все ужасно вас жалеем и массу хорошего мысленно говорим. Могу себе представить, как было тяжело покидать Ай-Тд (Ай-Тодор. —
Письма императрицы Александры Федоровны в Крым не сохранились, но до современников дошли ее яркие письма подруге Анне Вырубовой, которые свидетельствуют о том, как глубоко переживала царская чета военные поражения России, в том числе и Брестский мир. Несмотря на свое немецкое происхождение, Александра Федоровна резко критиковала немцев за их политику в отношении России. «Боже, как родина страдает. Знаешь, я гораздо сильнее и нежнее тебя ее люблю. Бедная родина, измучили внутри, а немцы искалечили снаружи, отдали громадный кусок, как во времена Алексея Михайловича, и без боя во время революции. Если они будут делать порядок в нашей стране, что может быть обиднее и унизительнее, чем быть обязанным врагу — Боже, спаси…» 3 марта 1918 года: «Такой кошмар, что немцы должны спасти всех и порядок наводить. Что может быть хуже и более унизительно, чем это? Принимаем порядок из одной руки, пока другой они все отнимают. Боже, спаси и помоги России! Один позор и ужас. Богу угодно эти оскорбления России перенести; но вот это меня убивает, что именно немцы не в боях (что понятно), а во время революции, спокойно продвинулись вперед и взяли Батум и т. д. Совершенно нашу горячо любимую родину общипали… Не могу мириться, т. е. не могу без страшной боли в сердце это вспоминать. Только бы не больше унижения от них, только бы они скорее ушли… Но Бог не оставит так. Он еще умудрит и спасет, помимо людей…»