Корвус встал из-за стола, подошел к ворону, уже закончившему приводить себя в порядок и погладил его по холке.
– Никто не смеет так обращаться с моим братом, – сказал он.
Марианна побледнела. Таким она не видела Корвуса никогда. Его маленькое острое лицо выглядело как серая маска. И, если бы не холодные глаза человека, готового в любой момент на убийство, можно было подумать, что к ней повернута, действительно маска.
– Простите, – тихо сказала она.
– Жди моего решения. Не выходи за пределы замка. Если прибудет отец, сразу сообщи об этом мне. По другим поводам не беспокой.
Он бережно взял птицу в руки, посадил к себе на плечо и направился к выходу.
– Отрави ее! – тихо пробурчал ворон, когда Корвус закрывал за собой дверь.
Марианна села за стол и положила руки на стол. Ее пальцы дрожали. Еще никто ее так сильно не обижал, как отец. Это было настоящее предательство. Она прекрасно понимала, что раз письмо от жениха пришло раньше, чем отец вернулся из Московии, значит Мнишек в Варшаве. А в столице он мог делать только одно – ублажать куртизанками короля, чтобы сменить его гнев на милость.
Марианна закрыла лицо руками и расплакалась.
Обиднее всего было то, что она, действительно, влюбилась в царевича. Да, он был мал ростом и не очень красив, но в нем чувствовалась настоящая мужская сила. Он был рожден для царствования – спокойный, рассудительный, обходительный и смелый. И, судя по всему, царевич тоже не был к ней равнодушен. Она чувствовала это. Все его политические уступки, невероятная для такого сильного человека покорность, объяснялись просто – он хотел видеть ее своей женой.
Представив, какое унижение испытал царевич, когда ему сообщили о бегстве поляков, она разрыдалась еще сильнее. О его страданиях говорил тон письма. Странно было читать от такого гордого человека, настолько резкое и полное сарказма письмо. И это не была насмешка над предателями. Письмо насквозь было пропитано чувством оскорбленной любви, как казалось Марианне. За те три раза, что они встречались после знакомства, им обоим стало понятно, что они созданы друг для друга.
Марианна оторвала ладони от заплаканного лица.
– Что же? – прошептала она. – Что же ты наделал?!
Она вышла из комнаты для занятий, побежала к себе, схватила перо и лист бумаги, и принялась за письмо.
Марианна отложила перо, перечитала письмо и сложила его в виде цветка розы. Пока служанка несла ей подарочную коробку, найденную Марианной несколько лет назад в библиотеке, посыльный ждал указания за дверью. Марианна слышала его нетерпеливые шаги и вспоминала его рассказ об унижении, которому подвергся царевич.
Наконец, коробка была у нее. Покрытая розовой эмалью с алой крышкой, с фривольными картинками, на которых полуголые куртизанки пили вино и танцевали вокруг античного бога Пана, она была быстро обернута в шелковый отрез. Кроме письма, Марианна бросила туда горсть конфет из вазы. И несколько злотых.
– Вези в Варшаву. Передашь лично пану Ежи. – Марианна передала коробку посыльному и закрылась у себя в комнате.
– Ваш отец, сам того не понимая, все-таки, помогает нам, – пошутил Корвус.
