Маша ответила не сразу. Она некоторое время внимательно смотрела на лицо Лики, будто что-то изучала в нем, но в конце концов кивнула:
– Конечно. Только я не профессионал, извините, если что-то не так…
– Поверьте мне, – сказала Жанна Лике доверительным тоном, – если Маша возьмется вас фотографировать, то вы не пожалеете. Я разбираюсь в этом и даже неоднократно предлагала сделать выставку ее работ у нас в Москве, но, к сожалению, пока бесполезно. Игорь, хоть бы ты повлиял на жену, а?
Жанна посмотрела на Игоря, но тот сделал вид, что не слушал разговора, и ничего не ответил.
Утро в горах выдалось пасмурным и неморозным.
Маша уютно устроилась в кафе перед компьютером, чтобы начать обрабатывать фотографии. Где-то убрать цвет, который неудачно лег, где-то, наоборот, добавить красок, потому что получилось бледновато, где-то границу выровнять, отретушировать. Сначала она все это делала в уме, будто прорисовывая то, чего не хватает, а потом уже воплощала задумки в компьютере. Иногда приходилось повозиться, но это занятие так увлекало Машу, что она забывала обо всем на свете – о времени, о людях вокруг, о травмированной руке… В какой-то момент девушка почувствовала на себе чей-то взгляд. Оторвавшись от компьютера, она подняла глаза и увидела Макса.
Он сидел прямо напротив нее и с улыбкой наблюдал за тем, как она работает. На Максе этим утром была более демократичная одежда, чем вчера, – черный джемпер с высоким горлом, джинсы и неизменный пиджак.
– Доброе утро, – вежливо поздоровался он, чуть улыбнувшись.
Маша моргнула от неожиданности и покраснела. Несмотря на смуглость кожи, ее румянец был хорошо виден. Сейчас он покрывал только скулы, но иногда румянились и щеки, и даже лоб. Ее кожа становилась не красная, как у белоснежных от природы девушек, а приобретала «кирпичный оттенок», как выражалась сама Маша.
– Максим Эдуардович, доброе утро. А вы… тоже не катаетесь?
– Как видите. Мне в Адлер нужно съездить, у меня там встреча.
– А я из-за руки. – Маша с грустью посмотрела на свою забинтованную руку. – Надо же было так упасть неудачно. Теперь до отъезда придется просидеть на базе.
Подошел официант и спросил, что Макс желает заказать.
– Маша, вы уже позавтракали? – поинтересовался Макс сначала у девушки.
– Да, со всеми вместе.
– Тогда кофе, пожалуйста. С молоком, но без сахара.
Маша со скучающим видом проводила взглядом официанта и опять перевела взгляд на монитор, прикидывая в голове, что можно еще сделать со снимком, над которым она трудилась.
– А почему бы вам не составить мне компанию? – вдруг спросил Макс. – Если хотите, конечно…
– Мария, приветствую вас! – пробасил кто-то на ломаном русском языке, перебив Макса.
Маша подняла глаза и улыбнулась.
– А я вас жду, Франк, – сказала она вчерашнему толстяку с собакой и перешла на хороший английский язык. – Держите, здесь все ваши фотографии. – Маша протянула маленькую флешку серого цвета. – Порке привет передавайте. Она у вас умница и красавица.
– Конечно, конечно. – Мужчина тоже заговорил по-английски. – Спасибо вам, Маша. Обязательно передам.
Официант принес кофе и Макс понемногу стал отпивать, незаметно наблюдая за девушкой и ее собеседником.
– А вы ведь вчера сказали, что не понимаете друг друга, – сказал Макс, когда толстяк ушел. – Соврали?
– Нет, – возразила Маша. – Я сказала, что он по-русски почти не говорит и что по-итальянски знает только слово «порка». Про английский я ничего не говорила.
Макс рассмеялся:
– Не хотели, чтобы Игорь узнал?
– Он и не узнает. – Она пожала плечами. – Франк сегодня днем уезжает.
– Ясно. Я вас не выдам, не переживайте. – Макс с пониманием улыбнулся. – Надеюсь, собака стоит того.
– А собака здесь ни при чем, – сказала Маша.
Макс удивленно приподнял брови, ожидая продолжения.
– Меня больше хозяин заинтересовал. В смысле фотографирования, – быстро поправилась она. – У него очень лицо интересное.
– Разве? – Макс на секунду задумался, вспоминая лицо Машиного приятеля. – По-моему, он обычный немец, по акценту – из Западного Берлина. Не очень высокого достатка и, судя по следу от кольца на безымянном пальце, недавно развелся. Ему около сорока пяти лет, и он страдает сердечной недостаточностью и высоким давлением. Еще он любит выпить пива и ест много жирного, чем доконает себя и свою печень в конце концов.
Маша внимательно слушала Макса, а когда он закончил, громко рассмеялась. У нее был такой веселый, заразительный смех, что не только Макс, но и люди вокруг стали невольно улыбаться.
