Уайт неопределенно махнул рукой.
– Итак, чем все-таки заканчивается ваша история?
– Восьмидесятые оказались не самым лучшим временем для Сэмми, исключая, конечно, его уход от внимания отдела по борьбе с мошенничеством. За год до того, как Том решил прижать его к ногтю, у него умерла жена. Она так никогда и не оправилась после смерти сына, и вот теперь Сэмми лишился их обоих. Но у него осталась Салли Мэлони – она вела его хозяйство и присматривала за ним. Это младшая дочь семейства Хаббард, о ней я уже упоминал. Она жила со Старлингами много лет. Сначала нянчила их сына, а потом, когда у нее умер муж – а овдовела она рано, – и вовсе к ним перебралась, став экономкой.
Так что овдовевший Сэмми совсем один не остался. Был-таки человек, о нем заботившийся, – продолжал повествовать Уайт, неосознанно выделив ударением слова «совсем один». – При всем том вдовство и одиночество сильно на нем сказались. Полагаю, тогда он во всей полноте осознал, как много для него значила Бренда, на которую он всегда мог положиться. Чуть позже, в восемьдесят седьмом, в разгар судебного процесса на бирже ценных бумаг произошел обвал, стоивший ему очень и очень дорого. После процесса и понесенных им денежных потерь Сэмми в течение нескольких лет вел уединенный образ жизни. То есть очень уединенный – он даже из дома выходил редко. – Уайт переворачивал страницы, пока не нашел копию с фотографии Сэмми на паспорт за тот период. На снимке взгляд у Сэмми казался затравленным, кожа имела сероватый оттенок, а волосы чрезмерно отросли, лишились своего природного блеска и приобрели неухоженный вид.
– Скажите, не в эти ли годы он начал коллекционировать марки?
– Марки?
– Да. Сэмми сказал нам, что увлекается филателией.
– Вот как? – Уайт, размышляя, наморщил нос. – Знаете, что я вам скажу?.. Я действительно что-то такое припоминаю… – Он начал перебирать лежавшие в папке бумаги и через некоторое время вытащил из пачки ксерокопию компьютерной распечатки. – Ага, вот и он. Запрос из магазина «Кабот», что на Стрэнде, относительно кредитоспособности Сэмми. Сделан четыре года назад. – Гордый собой, Уайт одарил Кэти широкой улыбкой. – Если не ошибаюсь, владельцы магазина «Кабот» – аукционисты и дилеры в сфере купли-продажи редких марок.
– Как вам удалось раздобыть этот документ?
Уайт самодовольно улыбнулся, но ничего не сказал.
– И какую же сумму он собирался ассигновать на приобретение марок?
Уайт ткнул пальцем в проставленную в распечатке цифру.
– Сорок тысяч фунтов.
– Похоже, увлечение зашло у него далеко… Вам не кажется это странным? То, что Сэмми Старлинг стал собирать марки?
Уайт пожал плечами.
– Старый человек… – начал было он, но потом сделал паузу и сформулировал свою мысль по-другому: – Полагаю, это форма инвестиций капитала. Люди и не в такое вкладывают деньги. Кроме того, он инвестирует не только в марки.
– Он нам так и сказал. Насчет инвестиций. – Кэти не упомянула о марках на полученных от похитителей письмах. – Итак, вы сказали, после смерти жены Сэмми постепенно начал опускаться. Что потом?
– Ох… А потом с ним случилось чудо. – Когда он произносил эти слова, в его голосе проступил сарказм, а глаза заблестели.
– Ева?
– Ева.
– Как они с ней встретились?
– Сэмми и Бренда дружили с одной семейной парой по фамилии Купер, проживавшей в Аксбридже. Через год или два после смерти Бренды они предложили Сэмми вложить кое-какие средства в развитие курортной зоны в районе Альгарве, что в Южной Португалии. В 1993 году они уговорили его поехать туда, чтобы взглянуть на эту местность весной. Там он познакомился с португальскими партнерами Куперов – главой семьи Домом Арнальду де Вашкунселлушем и его восемнадцатилетней дочерью Евой. Шесть месяцев спустя Сэмми и Ева поженились.
– Прямо головокружительный какой-то роман, – сказала Кэти.
– Совершенно верно. – Уайт извлек из папки несколько страничек с наклеенными на них газетными и журнальными вырезками и продемонстрировал ей фотографии свадебных торжеств.
– Все очень шикарно, – сказала Кэти. – Но что это за люди?
– Люди со старыми деньгами. Португальские аристократы. Разницу между ними и Сэмми в смысле происхождения и социального положения даже трудно себе представить.
– Очень странная составилась парочка. Очень странная.
– Я же говорю: это было чудо… во всяком случае, для Сэмми.
– Большинство этих статей на португальском языке. Так же как и рапорты, – заметила Кэти. – Вероятно, вам пришлось основательно потрудиться, чтобы их раздобыть?
– Мы попросили Интерпол оказать нам любезность.
– Но ведь вы к этому времени уже вышли на пенсию, не так ли? – с улыбкой осведомилась Кэти.
Он улыбнулся ей в ответ и допил свое виски.
– Вы уверены, что не хотите немного?..
