Маска болтала.
— Все подданные великого хана берут за товары не деньги, а бумажки, и на бумажки скупает хан драгоценные камни и жемчуг, и дает за них бумажки, и берут эти бумажки купцы охотно.
Смеются люди.
Маска изображала самого Марко Поло. Марко Поло еще не знал о своем прозвище, он не знал, что его зовут «господином Миллионом» и считают первым лгуном в Венеции. Маски образовали круг, всем смешно было смотреть, как встретится человек со своим отражением.
Марко Поло стоял и вспоминал о Суматре, носорогах, о стадах китов, о книгах, которые печатают с дерева, огне, который, не горя, тек по бамбуковым трубам и потом расцветал пламенем на солеварнях. Для этого огня у итальянцев нет имени.
Зачем он приехал в эту страну, зачем ему нужно было везти китаянку не себе?
Глупый купец, ты сам продал свое счастье! Если бы был жив великий хан. Марко Поло пешком бы пошел обратно в страну, Где много вер и где не верят ни в одну, и знают, что мир велик.
Марко Поло, разведчик великого хана и капитан галеры, повернулся спиной к маскам и пошел из зала.
Он шел по мраморной лестнице совершенно спокойно, но сделал лишний шаг и наступил на последнюю ступеньку, на которой был слой воды, тонкий, как ковер.
Шаткая черная гондола, скрипя, подплыла к ногам капитана.
Нужно было сесть, не повернувшись. Сзади хохотали.
Гондола плыла по отражениям дворцов, плыла мимо стен складов. Дворцы новы.
Высокие бревенчатые кронштейны и двери складов, пробитые на высоте второго и третьего этажа, отражались среди каналов.
В доме холодно. Простыни сыры.
О, если бы можно было в камине развести огонь из черного китайского камня, или хотя бы зажечь свечу в пестром бумажном фонаре.
Утром господину Марко стало тяжело. Родственники позвали к нему врача из врачебной лавки.
Лекарство Марко Поло стоило 10 сольдов — высшая цена.
Марко Поло не поправлялся. Сам господин Гвальтьери, знаменитейший врач, посетил Марко Поло.
— Ни панты, — сказал Марко Поло, — рога, снятые с оленя в го время, когда он любит, ни царь растений жень-шень, ни ваше искусство, доктор, хотя вы и умеете вызывать пот, полезный для больного, не могут спасти человека, которому уже семьдесят лет и который уже живет, не наслаждаясь.
Доктор ушел. Родные позвали монаха.
Гондола со святыми дарами плыла по каналу. Служка звонил в колокольчик, гондольеры, не переставая грести, приседали, проплывая мимо, из уважения к святым дарам.
Монах сел на край постели больного, поправил рясу. Он был стар и не носил штанов, потому что эго его утомляло. Монах положил свои руки на седую голову Марко Поло и сказал ему:
— Мир тебе, странник, путь которого совершен. Синьор, в последний час, когда вы должны предстать перед господом нашим, признайтесь в той лжи, которую вы произносили. Признайтесь, друг, мне, старику, что не бывает камня, который горит, что нет досок, с которых можно печатать книги, или это мерзкое колдовство. Признайтесь, что вы солгали, синьор, когда говорили, что проплыли через Индийское море. Мы читали, господин, Птолемея и знаем, что Индийское море замкнуто, как озеро. Отрекитесь от карт, которые распространяют под вашим именем.
Мир прост, господин, я могу рассказать, как он устроен. — Земля устроена, как «о», в которое вписано «т». Это «т» делит землю на три части. Большая часть круга — это Азия, нижние части — Европа и Африка.
Так говорил блаженный Августин.
Вы веселый человек, и простите мне, старику, вы лгали, как купец. Посмотрите на новую карту мира. Она вышла совсем недавно и висит в нашем арсенале.
Мир смеется над вами, синьор.
Признайтесь, покайтесь. Бог прощает шутку и не винную сказку. Признайтесь, что не бывает змей с ногами и со ртом, усеянным зубами. Перед лицом смерти признайтесь, что не бывает бумажных денег, и нет такой страны, в которой дороги ровны, как пол, и усажены, смешно сказать, деревьями, а главное, признайтесь, что нет такой страны, в которой не было бы в небе Полярной звезды.
Звезды вечны, их создал бог. Нет в мире ничего выше, чем звездное небо над нами и совесть внутри нас.
Вы не понимаете, синьор, что значат ваши слова о том, что будто бы на чужом море вы не видали в небе Полярной звезды.
Это значит, что земля кругла.
Вы купец, вы не ученый. Вы не знаете, что Христос не мог бы сойти на круглую землю; то, что вы говорите, — ересь.
Во имя совести признайтесь, что вы клеветали на звезды, и мы даже не сожжем вашу книгу, потому что в конце-концов не так страшен еще один роман — роман о великом хане.
Мы не сожжем ваши книги и напишем только на них: «Сказки синьора Марко Поло», или «Роман о великом хане».
Монах говорил и запахивал свою рясу, потому что был стыдлив. И Марко Поло, разведчик, ответил:
