«Принцип полезности не был изобретением Бентама. Он лишь бездарно повторил то, что даровито излагали Гельвеций и другие французы XVIII века. Если мы хотим узнать, чтó полезно, например, для собаки, то мы должны сначала исследовать собачью природу. Сама же эта природа не может быть сконструирована „из принципа полезности“. Если мы хотим применить этот принцип к человеку, хотим по принципу полезности оценивать всякие человеческие действия, движения, отношения и т.д., то мы должны знать, какова человеческая природа вообще и как она модифицируется в каждую исторически данную эпоху. Но для Бентама этих вопросов не существует. С самой наивной тупостью он отождествляет современного филистера – и притом, в частности, английского филистера – с нормальным человеком вообще» [МЭ: 23, 623].

Сравним эти черты с чертами нового производителя, общественного индивида. Он придерживается принципа производительного труда, но наивысшей ценностью, богатством само по себе является свободное время; он не нуждается в маскировке всеобщего труда (это «всякий научный труд, всякое открытие, всякое изобретение. Он обусловливается частью кооперацией современников, частью использованием труда предшественников» [МЭ: 25-I, 116]) в форме производительного труда; он может судить о своем прошлом, отделяя его от себя. Говоря о Фурье, Маркс пишет:

«Фурье считает характерными признаками эпохи цивилизации моногамию и частную собственность на землю. Современная семья содержит в зародыше не только servitus (рабство), но и крепостничество, так как она с самого начала связана с земледельческими повинностями. Она содержит в миниатюре все те антагонизмы, которые позднее широко развиваются в обществе и в его государстве» [МЭ: 45, 249 – 250].

Занятия историей, наукой, обретение жизни через наслаждение свободным временем, то есть через обобществление развития производительности труда, а также через воплощение этого освобождения в устранении всех форм подчинения, – вот те черты общественного индивида, которые противопоставляются буржуазному утилитаризму. Уже в «Немецкой идеологии» Маркс писал:

«Три… момента – производительная сила, общественное состояние и сознание – могут и должны вступить в противоречие друг с другом, ибо разделение труда делает возможным – более того: действительным, – что духовная и материальная деятельность, наслаждение и труд, производство и потребление выпадают на долю различных индивидов; добиться того, чтобы они не вступали друг с другом в противоречие, возможно только путем устранения разделения труда» [МЭ: 3, 30 – 31].

Из отрывка, приведенного выше, видно, что Маркс считает возникновение противоречия свойством процесса развития. Неизменным остается направление движения – признак, которым люди наделили историю, где противоречие заявило о себе и стало импульсом к активным действиям. Устаревший цинизм Бентама (как выражение сущности класса, который ради самооправдания именовал себя производительным) принял сегодня явно другие формы, и теперь идеология верхушки – собственников, а не производителей – считает необходимым соблюдать «церемонность».

<p>7. О методе «переходных» абстракций</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии История марксизма

Похожие книги