Но сейчас до этих недовольных крикунов никому не было дела. Все смотрели на пилота. Сэм, посадив геликоптер, с какой-то задумчивой улыбкой оглядел окруживших его беглецов. Затем еле слышно прошептал: «Прощайте ребята», медленно закрыл глаза и затих. Ни один из шлепков по щекам уже не мог привести его в себя. Дайрон приложил пальцы к сонной артерии пилота. Та не пульсировала. Сэм Броуди умер.
И снова волшебный Лас-Вегас. Вечерняя Фримонт-стрит встречала беглецов яркими разноцветными огнями. У Майка кружилась голова от прокуренного марихуаной салона автомобиля, и вместе с этим сжималось от волнения сердце. Вдалеке юноша уже видел ангела, светящегося в свете неоновых ламп. Это небесное создание всем своим сияющим видом настойчиво заманивало в свои уютные комнаты поразвлечься с какой-нибудь длинноногой и беспринципной чертовкой. Без сомненья, такая мысль посещала каждого проезжающего мимо кутилу, готового расстаться со всеми своими деньгами в бесконечных рядах казино или стрип-барах. Это был именно тот развратный и в то же время опасный отель «Блу Энджел».
Но не это так волновало Майка. Надышавшись необычного дыма, он весь дрожал от мысли, что сейчас увидит ту единственную, о которой он думал все последние дни – малышку Сьюзан. Как она там? Где она сейчас? В отеле или после случая с гангстерами уже больше там не работает? У Майка была каша в голове. Он закрыл глаза и открыл их только тогда, когда машина остановилась.
– Все, ребята, приехали, денег не предлагайте, не люблю я их! – медленно и с трудом промычал лохматый водитель расписанного в немыслимые цвета микроавтобуса с огромным круглым значком Фольксваген на передней его части. – И своего чудного байкера не забудьте! Я чувствую, он покурить совсем не любит. Во, смотрите! Даже на пол лег! Что, брат мой! – окликнул Маркуса напрочь убитый представитель «детей цветов». – Тяжеловат дымок-то? Вот-вот, я им тоже говорил, что раньше трава лучше была. Они ее что, теперь на бычьем дерьме растят, что ли?
Все наконец-то выкарабкались из «газовой камеры». Последним, шатаясь, вышел Маркус. Его датчики воздуха как-то странно реагировали на содержимое салона Фольксвагена. Биоробота держала и напрочь не хотела отпускать странная слабость. Более того, к нему подкатывал неуместный смех, но он сдерживался, списывая это все на последствия своего длительного нахождения в смертельном газе под горой. Дайрон и Мерфи о чем-то безудержно болтали и тихо хихикали. А Майк, взвалив на спину ранец с тремя алюминиевыми банками и несколькими пачками наполовину обгоревших денег, пристроился у фонарного столба, пытаясь блевать. Желудок был давно пуст, и парень только давился и отплевывался густой пенящейся слюной. Майку безумно хотелось пить!
Фольксваген шестьдесят четвертого года выпуска был единственным автомобилем, который остановился посредине начинающей погружаться в ночь пустыни. Водитель не думая надавил на тормоз, чтобы подобрать трех чумазых оборванцев и одного достаточно странного существа, похожего на мотогонщика. Все-таки от этих хиппи была какая-никакая польза! Беглецам несказанно повезло, что парень за рулем абсолютно не имел представления о том, что среди его попутчиков присутствовали действующие морские пехотинцы, иначе бы вся компания беглецов так и осталась ночевать на пустынной дороге.
Полуголый весельчак Дайрон по-хозяйски валялся на сидении и обгоревшими ноздрями жадно втягивал дурманящий дым. Рядом с ним сидел Мерфи с окровавленной головой, прикрытой нелепой чалмой, сооруженной из наспех снятой со своего приятеля рубашки. Сержант придерживал свой нелепый головной убор рукой и тупо глазел на все еще дышащую дневным жаром пустыню, быстро погружающуюся в ночную тьму. Стекло назойливо покрывалось белой мутной пленкой, мешая обзору, и морпех периодически протирал рукавом осевший на оконном стекле продукт горения сушеного пятилистника, не замечая того, как сам медленно и уверенно тонул в нирване. Боль, которая какое-то время назад пронизывала все тело Мерфи, незаметно улетучилась, и в голову полезли бредовые, но в то же время забавные мысли. Но сержант не хотел их от себя отгонять, ему сейчас вообще ничего не хотелось. Морпех испытывал необъяснимое блаженство, и ему казалось, что он уже в раю и скоро встретится с Иисусом.
Был непоздний жаркий вечер, и вокруг сновало много машин, подвозящих новых и новых постояльцев мотеля с достаточными суммами денег, чтобы потом те, сидя за покерными столами или однорукими бандитами, смогли слиться с городом греха в едином и продолжительном оргазме. Некоторые четырехколесные шедевры автопрома, наоборот, с визгом резины и раздающимися из их чрева пьяными криками «Fuck you all!» исчезали в автомобильном потоке на Фримонт-стрит, увозя прочь изрядно погулявших кутил.
