Через недолгую тишину послышался громкий голос юноши, взывающий делать ребенка, через минут пять снова что-то рухнуло на кровать, и сквозь неизменно продолжающийся храп Маркус услышал короткий вскрик девушки, следом за ним монотонный и медленный скрип кровати и еле слышный стон. Вот скрип начал нарастать, становиться быстрее, стоны девушки громче. В них чувствовалось, что первоначальная внезапная боль, которая отчего-то возникла у гостьи Майка, постепенно прошла и девушка проваливалась в немыслимое удовольствие, чувствуя его сильней и ярче. Стоны девушки практически превратились в крики, и это совпадало со скрипами кровати. Вдруг девушка продолжительно закричала, затем раздалось несколько возгласов Майка, и все стихло.
Маркус встал с кресла. Он ходил взад-вперед по комнате и не находил себе места. Биоробот хотел выйти на улицу, но им запретили это делать, тогда он отдернул штору и открыл окно. Жаркий ночной воздух дунул ему в монитор, и в комнату ворвался звук проезжающих машин. Уже забрезжил рассвет, и горизонт окрасился в золотистые цвета, которые достаточно быстро наступали на ночную черноту, вытесняя ее прочь от города греха. Это как-то успокаивало чуть не взорвавшийся мозг биоробота. Он не понимал своих ощущений. С ним это было впервые. Эти стоны девушки за стеной, а особенно ее последний продолжительный крик глубоко застряли в голове Маркуса. Он хотел это слышать от Чериш, от той, о которой он думал все эти тысячелетия. Маркус вспоминал, как кожа ее рук реагировала на его прикосновения и поглаживания. Она еле заметно дрожала и покрывалась какими-то мелкими пупырышками. Это у людей называется мурашками. Чериш в тот момент закатывала от удовольствия глаза и еле заметно улыбалась. Маркус вспоминал это ее состояние. Он хотел это делать еще и еще, доставлять ей еще большее наслаждение. Он хотел гладить все ее тело, но Чериш дальше своей руки его не допускала. Она была очень гордой и недоступной, и Маркус понимал, что больше, чем просто быть для нее другом, он никогда не сможет. Маркус и Чериш были абсолютно разные, и биоробот видел это. Красотка Чериш никогда не смогла бы стать его девушкой.
Комната Майка.
Майк и Сьюзан лежали рядом. Юноша, закинув руку за голову, смотрел в открытое окно, а его подружка, впервые пережившая немыслимые наслаждения, уткнулась ему в подмышку и, погрузившись в сладкий сон, тихо посапывала.
Рассвет уже охватил полнеба. За окном подъезжали и уезжали автомобили, кто-то хлопал входной дверью комнаты, не рассчитав свою силу. Чей-то приглушенный смех, просачиваясь через закрытые окна соседних комнат, заполнял редкую тишину. Вот где-то совсем рядом послышался отборный мат какого-то пропойцы, характеризовавшего водителя чуть не задавившей его машины, не забывая про его мать и всю его семью. Мотель жил своей жизнью.
Вдруг кто-то постучал в дверь. Юноша от неожиданности дернулся и этим разбудил Сьюзан.
– Что там, милый? – из подмышки юноши появилась заспанная малышка Сью.
– Не знаю, кто-то постучал! Кто это может быть?
– Ой, не переживай, Майк! Это Эд, таксист, ты знаешь его. Он должен вам вещи привезти и доставить вас в аэропорт. Там для вас персональный самолет будет. Отец позаботился! Извини, милый, я совсем забыла тебя предупредить.
– Дьявол! – испуганно произнес юноша. – А если сюда твой отец войдет?
Девушка рассмеялась.
– Он точно убьет тебя, Майк, если ты моей руки у него не попросишь! Ты же знаешь все про него. Он шутить не любит!
Майк не на шутку занервничал.
– Сью, слушай, а ты дверь за собой закрыла на замок?
– Конечно же нет, Майк! Сам понимаешь, мне тогда не до этого было.
Девушка снова засмеялась и зарылась в подмышку юноши.
…Дверь внезапно отворилась. На пороге показалась фигура мужчины. Он стоял, широко расставив ноги и уперев руки в бока. По всему его виду было понятно, что он настроен решительно.
– Сьюзан! – рявкнул мужчина.
Майк узнал этот голос. Это был отец Сьюзан! Юноша как-то сжался и, накрывшись простыней с головой, замер.
Рядом послышался шепот малышки Сью.
– Дьявол! Майк, слышишь, Майк, я правда не знала, что он должен сюда прийти! Честно, Майк! Ты мне веришь?
Майк молчал. Он ожидал самого худшего.
– Ты мне веришь, Майк? – повторила Сьюзан и толкнула юношу в бок.
Майк не отвечал, а мужчина, не получив какого-либо ответа от своей дочери, сделал шаг вперед.
– Сьюзан! Я к тебе обращаюсь или к стене? – уже громче произнес мужчина, стоя рядом с накидкой дочери, которую та сбросила с себя на пол в самом начале ее своеобразного стриптиза.
Сьюзан понимала, что ее молчание только ухудшит ситуацию, и она все же появилась из-за полумертвого от ужаса юноши. Девушка, прикрывшись полотенцем Майка, встала с кровати и, виновато опустив голову, подошла к отцу. Она стояла напротив своего грозного родителя, боясь поднять глаза. Сью понимала, что ей скрывать уже нечего, тем более отец давно все понял.
– Да, пап! – обреченно произнесла малышка Сью. – Прости, я не ожидала твоего визита.
Проговорив это, девушка обернулась и посмотрела на Майка. Тот продолжал притворяться трупом и абсолютно не шевелился.
